Я задался вопросом, где же находится этот «дом». Я никогда не спрашивал Айви об этом — я знал, что ее фамилия Минта, и, исходя из этого, вероятно, мог бы выяснить это, проведя небольшое исследование. Но она явно не хотела об этом говорить, и мне не хотелось особо на нее давить. У меня было более чем достаточно других проблем, о которых стоило беспокоиться.

«Хорошо», — сказала Айви, выпрямляясь. «Готов?»

Я кивнул и встал. «Давай сделаем это».

***

«Окей», — сказал отец. «Так правильно?»

«Наоборот», — ответил я ему.

Отец переставил ноги. «Теперь?»

«Да, вот так».

Было раннее утро. Мы были в той же квартире в Барбикане, только убрали диваны и кофейный столик, чтобы создать в центре гостиной зону для тренировок.

«Хорошо», — кивнул отец. Он держал расческу в правой руке, сжимая ее как нож. «Итак, он бросился вперед вот так...»

В замедленном движении мой отец воспроизвел нападение, которое тот парень пытался совершить прошлой ночью. Я отклонился в сторону, пропуская «нож» между своим боком и левой рукой, а затем сильно зажал его. «А потом я сделал вот так», — сказал я.

«А затем ты ударил его?»

«Да, так и было».

Отец кивнул и отступил на шаг. «Это сработает. Но постарайся больше так не делать».

«Почему?»

«Ты недостаточно хорошо контролируешь руку с ножом. Вот так». Отец снова принял ту же позу с расческой, а я повторил свои движения; снова он сделал выпад в замедленном темпе, и снова я пропустил руку вперед и поймал ее в ловушку. «Другой парень отступил, верно?» — спросил отец.

«Да».

«Хорошо, я буду тянуть, а ты сопротивляйся. Готов?»

Я кивнул, и отец попытался отстраниться. Я продолжал сжимать его руку; зажатая между моей рукой и боком, его рука застряла в запястье. «У большинства парней, когда ты хватаешь их руку с оружием, инстинктивная реакция — отдернуть ее», — пояснил отец. «Это только усугубляет ситуацию, потому что теперь ты держишь их за запястье, а не за руку, так что их оружие бесполезно». Он пошевелил расческой; та слабо коснулась моей спины. «Верно?»

«Верно».

«Хорошо. Но тот, кто знает, что делает... сделает так».

Мы расцепились, и мой отец снова принял боевую стойку. Он снова сделал медленный выпад, и я снова заблокировал его рукой... только на этот раз отец толкнул меня, шагнув вперед, так что наши тела соприкоснулись. Его рука скользнула под мою, и внезапно она больше не была зажата. Расческа ткнулась мне в поясницу.

«О», — протянул я, чувствуя себя глупо.

Отец отступил, опустив расческу. «Это агрессивный ход. Обычный парень из банды, как только ты его зажмешь, запаникует и отскочит. Но хороший боец займет твое пространство и ударит тебя. То, что работает в воскресной лиге, не значит, что сработает на профессионале. Никогда не забывай об этом».

Я кивнул.

«Хорошо», — сказал отец, засовывая расческу обратно в карман. «Помоги мне поставить все обратно и расскажи, как прошло формирование».

«Довольно хорошо», — ответил я, берясь за край одного из диванов и ожидая, пока отец поднимет его, прежде чем сделать то же самое. Поднимать, а не толкать — вокруг были квартиры, и мы не хотели шуметь. «У Айви теперь есть свой собственный сигл человека-тени».

«Она тренируется?»

«Она резкая, но думаю, что могу ей доверять».

Отец кивнул, когда мы поставили диван на место. «А твой приятель Колин?»

«Он усердно работает...»

«Но?»

«Но он не вундеркинд», — признался я. «То есть, то же самое и с Айви. Они умные, быстро учатся, но при таком темпе им обоим понадобится целый год, чтобы перейти к следующей дисциплине».

«Это вполне нормально».

«Я знаю, но это значит, что я не могу рассчитывать на их помощь. Вся тяжелая работа ляжет на меня».

«Что ж, раз уж на то пошло, у меня, возможно, есть кое-что для тебя», — сказал отец, возвращая последние вещи на кофейный столик. Там была пустая коробку из-под пиццы, которую мы ели на ужин, и он запечатал ее, чтобы убедиться, что мы не оставили ни крошки. «Возьми что-нибудь выпить и приходи смотреть».

Я взял бутылку яблочного сока из холодильника и сел напротив отца. «Хорошо», — начал он. «Итак, причина, по которой ты осуществляешь этот план рейдерства, заключается в том, что тебе нужен какой-то сигл, который даст тебе шанс сразиться с Вермилионом и такими парнями, как он. Верно?»

«Да, и я по-прежнему считаю, что это должно быть оружие», — ответил я. Мы уже несколько раз обсуждали это. «Я знаю, что ты все время говоришь, что самые полезные сиглы — это сиглы мобильности, но проблема, с которой я постоянно сталкиваюсь с этими парнями, — это не мобильность, а то, что я не могу по-настоящему дать отпор. Намного сложнее сдерживать кого-то, когда ты не можешь ему угрожать».

«И ты также сказал, что хочешь что-то несмертельное».

Я кивнул.

«Ты уверен в этом?» — спросил отец. «Ты сказал, что подумаешь над этим».