Я бросился к компьютеру, мои пальцы забегали по клавишам. Я нашел нужную электронную книгу за считанные секунды, но как только открыл файл, понял, что ничего не выйдет. Чтобы все получилось, издание должно быть точно таким же, а когда отец впервые читал мне эту книгу, он не пользовался электронной версией. Это была старая книга в мягкой обложке с пожелтевшими страницами.

К счастью, я знал, где достать такую книгу.

***

Дом в Тоттенхэме был двухэтажный, построенный из побеленного кирпича. Улица была длинной и прямой, вдоль нее стояли другие дома, выглядевшие практически одинаково. Перед каждым из них был небольшой садик и подъездная дорожка, едва достаточная для машины.

Я протиснулся мимо "Ауди" на подъездной дорожке, подошел к двери и позвонил в звонок.

Дверь открылась, и передо мной предстала моя тетя, худая женщина лет сорока с седеющими волосами. "О, вот и ты", - сказала она мне. "Разве ты не должен быть на работе?"

"Я взял отгул на утро", - ответил я, входя в дом. Выйдя из-под яркого весеннего солнца, я почувствовал, что внутри дома темно и тесно.

"Надеюсь, это не войдет у тебя в привычку. В любом случае, если ты наконец-то перебираешь свой старый хлам, не пора ли тебе его вывезти? В этом году мы планируем сделать ремонт".

Я поднялся по лестнице к двери на чердак, открыл ее и вошел в маленькую комнатку с покатой крышей. В углу, рядом с книжным шкафом, стояла кровать с голым матрасом, а у противоположной стены были сложены картонные коробки. Через маленькое окошко проникала скудная струйка света. В воздухе пахло пылью и непригодным для использования воздухом.

Это место было моим домом чуть больше года, и повторное посещение его не вызвало у меня приятных воспоминаний. Когда я приехал сюда, у меня не было ни родителей, ни денег, ни работы, и долгое время мне казалось, что я опустился на самое дно. Подъем был медленным и болезненным, и даже когда я начал вставать на ноги, мне здесь никогда не было комфортно. Мои тетя, дядя и две их дочери - это полноценная семья, в которую я не вписываюсь. Для меня было облегчением уехать.

"Стивен, - позвала тетя снизу, вырывая меня из задумчивости. "Я собираюсь пройтись по магазинам".

Я отмахнулся от воспоминаний, ответив: "Хорошо", а затем подошел к книжному шкафу. Проведя пальцем по небольшой подборке названий, я остановился на бледно-желтом томе с сильно помятым корешком. Я вытащил его; на выцветшей обложке был изображен коричневый кролик.

Для большинства людей словосочетание "первоцветы закончились" звучит бессмысленно: забейте его в Google, и вы получите лишь инструкции по уходу за садом. Но я вспомнил, как в детстве отец сидел у моей кровати и читал мою любимую книгу, которую я просил снова и снова. И я вспомнил начальную строчку: "Первоцветы закончились".

Я развернул письмо и принялся за работу.

Всю ночь я думал о том, что попробовать сделать, как только окажусь здесь, и мой первый и самый простой план заключался в том, чтобы принять каждую группу из трех чисел за страницу, строку и слово. Я взял лист бумаги и ручку и начал листать, записывая слова. Страница 26, строка 3, слово 2... "налево". Страница 24, строка 7, слово 3... "очень". Я продолжал работать, пока не дошел до конца первого предложения, а затем остановился, чтобы посмотреть на результаты.

левый очень высокий есть о можно идти закричал я весь

Итак, план А оказался неудачным. Ничего страшного, у меня были другие. План Б предполагал, что это буквенный шифр, а не словесный: первые два числа - количество страниц/строк, а третье - буквы.

V L T A M E D D T

Ладно, это было еще хуже. Я вернулся к первому подходу. Я не считал строку заголовка в верхней части страниц. А что, если бы считал?

должен ли он засечь время, когда

Проклятье.

Я продолжал пробовать разные комбинации, меняя порядок строк и номера слов. Затем попробовал использовать главы. Бумага заполнилась бессмыслицей.

Примерно через час я разочарованно откинулся на спинку стула. В доме моей тети было тихо. Утренний свет все еще струился сквозь узкое окно, небо за ним было голубым. Что я делал не так?

Теперь я понял, почему Байрон не смог взломать эту штуку. У меня был этот чертов ключ, а я все еще не мог его взломать.

Может, я ошибся с ключом? Это может быть другая книга или вообще не книга. Но интуиция подсказывала мне обратное. Я знал своего отца, а он знал меня, и это была именно та книга, которую он выбрал бы. Я вернулся и изучил код более тщательно.

Забавно, но чем больше я смотрел на него, тем больше мне казалось, что идея страницы/строки/слова должна быть правильной. Первое число в этих группах по три всегда находилось между 16 и 460, а в моем издании было 478 страниц. Второе число в этих группах из трех всегда находилось между 1 и 37, а в моем издании было 38 строк на страницу. Это было слишком близко, чтобы быть совпадением.

Возможно, это было зашифровано дважды... нет, нет, нет. Мой отец делал бы это вручную, и он бы знал, что мне придется делать это вручную. Должно быть что-то простое, что-то очевидное, что я упускаю.