Во вторник я решил перестать есть. Необходимость готовить пищу отвлекала, а ее переваривание вызывало вялость. Без нее я смогу лучше сосредоточиться.

Я нашел три колодца. Ни один не был Жизнью.

У Хоббса начались проблемы с дыханием.

***

В среду я наконец-то нашел Колодец Жизни. К сожалению, первым его нашел кто-то другой. Его эссенция была выкачана и рассеяна, ее не осталось даже на то, чтобы потренироваться.

Хоббсу становилось все хуже.

***

Четверг. Один Колодец. Не Жизни.

***

Наступила пятница.

ГЛАВА 9

В пятницу я сорвался.

Я проснулся рано - слишком беспокоился о Хоббсе, чтобы нормально спать, - и перекатился на бок, чтобы проверить, как он. Хоббс лежал на боку, его дыхание было поверхностным и быстрым, пульс слабым, а губы и десны бледными. Он едва заметил мое прикосновение, его веки затрепетали, прежде чем снова закрыться.

Я положил руку ему на бок и послал в его тело прилив эссенции. За последние пару дней я придумал способ увеличить количество эссенции, которое мог направлять; это было похоже на разжигание невидимого огня внутри моего тела и направление выделяемого им тепла. Я на самом деле не понимал, как это работает, но, казалось, это значительно увеличило приток моей личной эссенции, и примерно через минуту дыхание Хоббса выровнялось.

К этому моменту я уже был уверен, что эти вливания - единственное, что поддерживает жизнь Хоббса. Каждый раз, когда я их делал, эффект на здоровье Хоббса оказывался мгновенным. Проблема заключалась в том, что с каждым разом действие их прекращалось немного быстрее. Мне уже пришлось увеличить частоту приема с двух до трех раз в день, и при таких темпах скоро я вообще не смогу от него отходить.

Я встал, слегка пошатываясь от нахлынувшей волны головокружения. Новая техника выбивала из меня все силы… или, может быть, дело в отсутствии еды. Ноющее чувство в животе было болезненным, но оно помогало мне сосредоточиться. Я выпил немного воды и направился к выходу.

Сегодня я отправился на север, в сторону Форест-Гейт и Лейтонстоуна. К этому времени у меня уже сложился определенный распорядок дня. Я просматривал карту местности на своем телефоне, игнорируя море пропущенных звонков и сообщений, а затем разрабатывал маршрут, который проходил бы по каждой улице, повторяя путь как можно реже, как в одной из тех головоломок, где нужно провести линию, не отрывая ручки от бумаги. Тогда оставалось только пройти по маршруту.

Проблема заключалась в выносливости. Воспринимать было несложно, но это требовало усилий, и к этому моменту я занимался этим по восемнадцать часов в день почти неделю без перерыва. Сохранять концентрацию становилось все труднее и труднее, и мое внимание начало ускользать. Каждый раз, когда я ловил себя на этом, я представлял, что Хоббс умирает, и использовал всплеск адреналина, чтобы заставить себя снова сосредоточиться. Если это не помогало, я представлял, как Люселла непринужденно отдала приказ о смерти Хоббса, и позволял воспоминаниям раздуть мой гнев до раскаленной ненависти. Ненависть и страх были теми кнутами-близнецами, которые гнали меня вперед, удерживая на ногах, когда ничто другое не помогало.

Но, хотя ненависть и страх подстегивали меня, они также нарушали состояние внутреннего спокойствия, которое было необходимо мне для использования моего восприятия. Каждый раз, когда я использовал их, чтобы привести себя в чувство, было немного сложнее вернуться в нужное состояние. Сегодня я шел медленнее, чем вчера, и знал, что завтра буду идти еще медленнее.

Днем я нашел один Колодец. Он был полон, но от него исходила та же тяжелая, землистая эссенция, которую я почувствовал в одном из колодцев, найденных мной во вторник. Он также был закрыт, внутри высокого, массивного здания с колючей проволокой на стенах. Над дверью висела табличка с надписью "LVS Services", а надпись поменьше сообщала, что они являются дочерним предприятием "Маар Групп". Я отправился домой, чтобы подлечить Хоббса, а с заходом солнца снова потащился на улицу, заставляя себя продолжать поиски, пока вечер не перешел в ночь.

А потом, как раз в тот момент, когда не ожидал этого, я нашел то, что искал.

Колодец Жизни был спрятан среди деревьев в Ванстед-парке, рядом с огромным прудом. Вода была холодной и темной, от нее веял прохладный ветерок и шуршал в ветвях над головой. Находящаяся в нем эссенция была жизненной, мощной, живой… и нетронутой.

Но ее было не так уж много. Колодец был очень слабым.

За последние несколько дней я потратил те немногие драгоценные свободные часы, которые у меня были, на разработку идей для лечащего сигла священника. Я создавал и переделывал конструкты эссенции, пытаясь понять, как сделать исцеляющий сигл. Конструкт, который я придумал, был моей лучшей догадкой, но все же это была лишь догадка. Я понятия не имел, сработает ли она.

Я глубоко вздохнул и начал.