"Ты не понимаешь, о чем говоришь". Голос мужчины был суров. "Если у тебя есть какие-то амбиции подняться в этой семье, ты будешь держаться подальше от Люселлы и ее "друзей". И уж тем более не говори об этом Чарльзу. Понятно?"

"...Да."

"Иди."

Из комнаты послышались шаги.

Я быстро двинулся вперед, нырнул в боковой проход и спрятался за шкафом. Я слышал, как шаги Тобиаса удаляются в коридор, замирают, начинаются снова, снова замирают. Я подождал тридцать секунд, затем вышел.

Тобиас повернулся ко мне лицом. "Что ты там делал?" - резко спросил он.

"Ищу выход", - ответил я ему. "А ты что делаешь?"

Тобиас пристально посмотрел на меня. Я небрежно огляделся. Не было никаких признаков человека, с которым Тобиас разговаривал.

"О, - добавил я, как будто только что вспомнил. "Чарльз хочет, чтобы ты привел Люселлу".

Я увидел, как Тобиас слегка оживился. Он посмотрел на меня, словно ожидая продолжения, но я промолчал. Мы вдвоем стояли в коридоре, наблюдая друг за другом, и звуки вечеринки эхом разносились вдалеке.

"Мне стало интересно кое-что", - произнес я. "Откуда Люселла узнала мой адрес?"

"Откуда мне знать?"

"Она сказала, что кое-кто дал ей его".

"Может, это был Калхун".

"Забавно", - заметил я. "Потому что я прошел мимо Калхуна, когда он спускался по лестнице, и он меня не узнал. Хотя смотрел прямо на меня".

Тобиас пожал плечами.

"Значит, его это волнует настолько, что он послал Люселлу избавиться от меня, - съязвил я, - но не настолько, чтобы узнать, как я выгляжу?"

"Я немного занят", - ответил мне Тобиас. "Если хочешь выбраться отсюда, иди в ту сторону по главной лестнице".

Я посмотрел на Тобиаса. Он не встретил моего взгляда.

"Это ты рассказал обо мне Люселле", - обвинил я. "Именно поэтому ты так быстро появился сегодня утром".

Тобиас отвел взгляд. "У тебя есть способ доказать это?" - спросил он, обращаясь к стене.

Я продолжал смотреть на Тобиаса. "Отлично", - произнес я наконец, когда стало ясно, что он больше ничего не скажет. "Да, кстати? Чарльз сказал мне, что как только он закончит с Люселлой, ты будешь следующим".

Тобиас резко оглянулся, но я уже повернулся и пошел. Он не последовал за мной.

***

Я вернулся в гостиную и увидел, что вечеринка все еще продолжается. На меня бросили пару взглядов, когда я пробирался сквозь толпу, но никто не остановил.

Люселла была на галерее, прямо рядом с дверью, через которую я выходил из комнаты в первый раз, и могла подстеречь любого, кто выходил. Пока я наблюдал, дверь распахнулась, и Люселла бросилась вперед, только чтобы столкнуться лицом к лицу с Тобиасом. Тобиас что-то сказал, Люселла сердито ответила, их голоса затерялись в гуле толпы.

Эти двое заслуживают друг друга, подумал я. Возможно, Люселла и была той, кто преследовал меня, но ее послал Тобиас. Как раз когда я подошел к двери, Люселла обернулась, и наши взгляды встретились в переполненном зале. Я увидел, как вспыхнули ее глаза, и на мгновение почувствовал холодную тревогу, но потом Тобиас сказал что-то, что заставило ее отвести взгляд, и, прежде чем она успела обернуться, я уже исчез.

Я вышел из дома через боковой вход и прошел через палисадник. Наступила ночь, и, когда я подошел к воротам, начали падать первые капли дождя. Я остановился, чтобы оглянуться на особняк: в его окнах горел свет, а издалека доносились звуки вечеринки, едва слышные. Это был самый красивый дом, в котором мне довелось когда-либо побывать, но у меня не было ни малейшего желания туда возвращаться. Эшфорды, может, и были моей семьей, но каждый из них по-своему ясно дал понять, что мне здесь не рады.

Ну и пошли они к черту. Раньше я справлялся сам. И смогу сделать это снова.

Дождь усиливался, капли были острыми и холодными, подгоняемые пронизывающим ветром. Я свернул в сторону от особняка Эшфордов, чтобы начать долгий путь домой.

ГЛАВА 7

На следующее утро я проснулся в меланхоличном настроении. Обычно по субботам я отсыпаюсь, но на этот раз проснулся около шести и не смог снова заснуть. В конце концов я уставился в стену своей спальни, в то время как серое небо за окном постепенно светлело, становясь бело-голубым.

Мои мысли постоянно возвращались к вчерашнему вечеру. Несмотря на все, что произошло вчера - Тобиас, Биржа, особняк, - именно эти две фразы Чарльза засели у меня в голове. "Твоя мать могла связаться с тобой в течение очень долгого времени. Но она решила этого не делать". Было несправедливо, что после стольких событий мои мысли продолжали возвращаться именно к этому, но так оно и было.