Прикосновение к плечу заставило Равенну обернуться. Перед ней стояла Аста, сияя от радости.

— С возвращением домой, триста!

Несмотря на чары, Аста заключила Равенну в крепкое, почти сокрушительное объятие.

— Привет, Аста, — прохрипела та.

— Глазам своим не верю. Скукотища была смертная, пока и ты, и брат пропадали.

Равенна прыснула. Да уж, когда они уезжали на восток, в цитадели кипела своя мелодрама.

Наконец отпустив ее, Аста взяла Равенну за плечо, чтобы увести за собой.

— Идем, давай дадим отдых твоим усталым ногам.

 

Когда они оказались в прохладных стенах цитадели, глубоко внутри личного крыла Валлека, Равенна позволила чарам пасть.

Аста присвистнула сквозь клыки, увидев блекнущие синяки.

— Матерь-Покровительница, ну и урод. Честно, Валлеку давно пора было разобраться с этим мерзавцем.

Равенна лишь дипломатично кивнула, не желая признаваться в том, что хотя вид размозженного тела Ульриха будет преследовать ее в кошмарах, она ничуть об этом не жалеет. Впрочем, она сомневалась, что большинство орчанок хоть глазом моргнули бы, узнав, что их пара разрубила кому-то голову пополам ради них.

Они вошли в покои короля, где их уже ждала Брунгильда. Пожилая орчанка ласково улыбнулась и поспешила взять Равенну за плечи для осмотра. Она зацокала языком над почти зажившими ссадинами.

Бросив строгий взгляд поверх головы Равенны, Брун отчитала вошедшего:

— Ты должен был заботиться о ней.

Равенна оглянулась и увидела Валлека, переступающего порог; следом шли Эйдис и Хильда.

Вместо колкости или властного обещания лицо Валлека омрачилось стыдом.

— Я знаю. Этого больше не повторится.

— Надеюсь, ты убил того, кто это сделал?

— Да.

— Хороший мальчик, — сказала Брун, похлопав Равенну по здоровой щеке, — а теперь рассказывай, почему все выглядит так, будто ты тормозила лицом при падении.

Пока приносили и распаковывали ящики с вещами Валлека, они переоделись в чистое и пересказали всю историю. Из кухни принесли легкий ужин: хлеб, сыр, солонину, виноград и абрикосы. Все шестеро устроились в уютной гостиной для разговора.

— Объявление нужно сделать в ближайшее время. Максимум через три дня, — сказала Эйдис, задумчиво рассматривая абрикос. — Я верю, что твои люди постараются молчать. Но после такого захватывающего похода некоторые просто не смогут удержаться от сплетен.

— Все должно быть официально, — подтвердил Валлек. — Весь двор Балмирры и все собравшиеся представители должны это услышать.

— Стоит ждать протестов — возможно, со стороны других вождей, — заметила Эйдис.

— Весь гарнизон можно распределить по городу для подавления любых беспорядков, — добавила Аста.

Абрикосы и сыр в желудке Равенны отозвались недобрым предчувствием. Ей казалось, что волнение не отразилось на ее лице, но когда она встретилась взглядом с Хильдой, орчанка подалась вперед, хлопнув в ладоши.

— Да-да, но самое главное — платье! — указав на Равенну, она поиграла бровями. — На пару дней ты в моем распоряжении, моя королева.

— Звучит угрожающе, — поддразнила ее Равенна, но в душе была благодарна за смену темы.

Хильде беззаботно махнула рукой.

— Платье будет самым важным заявлением, которое ты можешь сделать. Ты войдешь в базилику, сначала они увидят фэйри, а потом платье.

— Твое платье, — подколола ее Эйдис.

— Да, мое платье! — с жадным блеском в глазах сказала она Равенне. — Завтра первым же делом приду с образцами тканей.

Равенна выдавила улыбку. Мысль о парадном платье, в котором она предстанет перед всей Балмиррой, не вызывала у нее такого восторга, как у Хильды. Тем не менее это было неплохим отвлечением. Возможно, занятые руки помогут отвлечь мысли от… возможных беспорядков.

Взяв Валлека за руку, она спросила:

— А мы уверены, что такое масштабное событие — это мудро? Может, постепенное объявление было бы разумнее?

— К сожалению, этот этап мы уже проскочили, — ответила Эйдис. — Больше сотни соплеменников знают правду. Кто-то сдержит слово. Другие наверняка окажутся болтливыми. Чтобы сыграть на опережение, лучше сделать это одним махом.

Хмурясь на свою подругу, Хильда сжала бедро Эйдис.

— Эйдис хочет сказать, что ты слишком чудесный секрет, чтобы его прятать.

Эйдис и Равенна синхронно скорчили гримасы, а Валлек и Аста прыснули.

Спрятав улыбку за ладонью, Брун успокоила их:

— Народ предан королю. Они могут быть шокированы, но примут это как должное. Это не первый союз орка с кем-то иным, даже с фэйри.

— Но это будет первый союз вождя, первого короля, — возразила Эйдис.

— Я надеюсь на их преданность, но мы будем следить за теми, кто разделяет взгляды Ульриха, — сказал Валлек. Обняв Равенну и крепко прижав ее к себе, он сказал Асте, — я хочу, чтобы к ней приставили личную охрану. Пусть будут здесь к утру.

— Я сама их выберу, — согласилась Аста.

Разломив еще один абрикос и протянув половинку Хильде, Эйдис добавила: