— Ваша королева!

Громовые крики и топот встретили его слова.

— Королева Равенна!

— Королева Равенна! — откликнулись они.

— Король Валлек! — воскликнула она.

— Король Валлек! — подхватили в толпе. — Слава их именам!

Эпилог

Десять месяцев спустя

Бледное зимнее солнце давно закатилось, но они все еще были в ловушке этого бесконечного собрания. Ужин принесли и уже унесли обратно, один из министров уснул прямо в кресле, и Равенна начала всерьез опасаться, что скорее наступит весна, чем эта встреча закончится.

Обычно Равенна обожала спорить. Посещение подобных совещаний стало для нее чем-то вроде любимого хобби, особенно после того, как она досконально изучила все темы. Отец всегда советовал знать об их враге или новой местности как можно больше; Равенна приняла это близко к сердцу и всегда держала наготове вопросы для министров.

Однако сегодня именно вопросы — вернее, перепалка — министра образования и министра горнодобывающей промышленности пригвоздили всех к местам. Тема была важной: обнаружили новую золотую жилу, но прежде чем углубляться в гору, министр горного дела должен был получить разрешение Валлека и свериться с архивными записями. Золото — это прекрасно, но оно не стоило того, чтобы обрушить город ради его добычи.

Как и во многих других вопросах, министр образования придерживался осторожного подхода. Он принес графики, карты и результаты изысканий, доказывая, что старые данные ясно указывают: копать там, где они хотят, опасно. Министр горного дела возражал, утверждая, что вся имеющаяся информация безнадежно устарела, так как была собрана еще в начале правления Мордиса, лет тридцать назад.

С обеих сторон звучали веские аргументы, и, хотя обычно Равенна с удовольствием включилась бы в дискуссию, сегодня она хотела только одного — чтобы все это поскорее закончилось.

Она была не в духе еще до начала собрания.

Валлека вызвали рано утром: городской гарнизон доложил о странных объектах в небе. Большая часть утра ушла на то, чтобы собрать стражников, якобы видевших что-то необычное на горизонте, и выставить дополнительные посты.

В итоге Равенна осталась в постели одна. Разумеется, она привыкла к его ранним подъемам. Большую часть дней он придерживался строгого графика: вставал на рассвете, чтобы тренироваться со своими берсерками. Однако сегодня его вызвали задолго до зари — так рано, что они даже не успели заняться привычными утренними делами.

Дело было не в том, что ей каждое утро жизненно необходим его член; просто она к этому привыкла. За то время, что она была парой, женой и королевой Валлека, она привыкла к определенному укладу жизни, который включал в себя начало дня с восхитительного оргазма.

Равенна опасалась, что из-за этой потери весь день вела себя как настоящая стерва.

Пока министры продолжали по кругу обсуждать одни и те же пункты, Равенна украдкой взглянула на своего азаи. Даже будучи не в духе, она едва сдержала улыбку, заметив, каких трудов ему стоит скрывать скуку. Она одобряла его рассудительность — горное дело было слишком важным вопросом, чтобы принимать поспешные решения. И все же у него были и другие важные дела.

Например, она.

Ерзнув на стуле, Равенна позволила магии скопиться у своих ног. Слушая дебаты министров лишь краем уха, она направила магический поток по полу к сапогам Валлека. Мягкими спиралями магия скользнула вверх по его ногам — нежные, дразнящие ласки.

Сначала она не была уверена, что он что-то почувствовал. Но когда магия пробралась под тунику и сосредоточилась у его члена, все еще скрытого брюками, он выпрямился. Откашлявшись, Валлек бросил на нее быстрый суровый взгляд. Она ответила усмешкой и приподнятой бровью.

Равенна сразу узнала этот вызов в глазах своего мужчины. Валлек снова откинулся на спинку стула и, выпрямив спину, изобразил внимание к министрам.

Щеки ее вспыхнули от возбуждения. Она так любила дразнить его.

Пошевелив пальцами под столом, Равенна задала магии направление. Она ласкала его бедра и живот, закручиваясь теплыми вихрями в паху. Невидимая для окружающих, магия поднялась к груди, дразня соски и свежий след от укуса, который она оставила всего три дня назад.

Он держался достойно, гораздо дольше, чем она ожидала. На самом деле, он так долго сохранял стоическое спокойствие, что Равенна сама начала ерзать. Она незаметно скрестила ноги, плотно сжав бедра, чтобы совет не почувствовал запах ее растущего возбуждения.

Наконец, решив, что пора ставить точку, она снова собрала магию у его члена. Через эфемерное касание она чувствовала, как сильно он возбужден — тяжелый бугор упирался в ткань штанов. Равенна усилила давление, заставив магию мягко надавить на головку.

Валлек поперхнулся, а затем громко прокашлялся.