Объяснив Варе, зачем нужна трамбовка, Елинка свалила на него все разговоры с рабочими и досмотр. Но Вара и сам работал не покладая рук, так что при нём никто не рискнул бы халтурить. Пол сох неделю. Спали все кто где. Вара с Морной – в сеннике, на свежем сене. Гантей с радостью убегал ночевать к Корене своему ненаглядному. Хотя утром оба были у дома как штык – денежки на сборе травы зарабатывали.

С Гантеем Морна каждый вечер передавала корзинку продуктов – неча парню нахлебничать. А вот по поводу оплаты спорили долго. Ну как так-та – родному сыну платить? Для него же стараются. Елинка долго убеждала, что небольшое поощрение не испортит парня. А вот такое: всем денежку, а ему фигу – запросто отобьёт желание работать. Морна ворчала, что в её время таких тонкостев не было, всегда она помогала родителям, но дала себя убедить.

Первыми, кстати, из взбаламученного новостями села прибыли в гости родители Морны. Крепкие, моложавые, по земным мерка – лет на пятьдесят смотрятся, хотя обоим уже за сто. Всё обсмотрели обстоятельно, спрашивали что да как, но обедать отказались – мол, не хотят у детей время отнимать. Обещали еще раз придти, как всё закончится – посмотреть. Вторым пришёл старший брат Вары. Солидно пришел, с женой, с сыном старшим и женой сына. Этих пришлось угощать обедом, благо, кухня уже работала. Сыр гостьям понравился, рецепт взяли.

Вара надувался от гордости и говорил:

– Мы тут, эта, ремонту затеяли! Ну, чтобы, значит, эта, удобства и канфорт! Так что, как закончим – так и милости просим в гости. Когда всё по красоте доделаем – оно, эта, сразу видать будет!

Что именно видать – не уточнял. Обсуждал с братом какие-то свои дела.

Из этих разговоров о «дурном месте» – похоже, течение местное или водоворот – и о том, что глидов в этом году мало совсем, одни, эта, були ловятся, Елина не поняла ровным счетом ничего. Ела вместе со всеми, вовремя подскакивала новое на стол подать и молчала, так надёжнее будет. Хотя и улыбалась без конца и головой кивала, как китайский болванчик – мол, всё слышу, и всё понимаю, и со всем согласна. Рот открыла только один раз – рецепт давала и про зольный отвар говорила. Ну, справилась.

Дальше народ повалил толпой. Каждый день – экскурсии из двух-трех человек. День мужчины, другой – женщины.

Договорились они, что ли?

Хотя это, похоже, такая местная деликатность – чтобы хозяев не слишком отвлекать от работы и не мешать большой толпой.

В комнате Елинки – в бывшей уже – глины пришлось перетащить почти вдвое больше – под наклоном пол оказался. Ну, не так всё страшно, двигается дело. Скоро уже должны Кубер с Корной приехать.

Елинка без спросу заказала Куберу материал на кровати. Размеры обсудили и плату. Корна усовестила – не дорого взял. Порешили, что мебель везти неудобно, приедет он с материалом и на месте всё соберет и отлакирует. Главное, чтобы полы до той поры просохли.

Заставила Морну перебрать все запасы одежды. Безжалостно отобрала всё зашитое и заштопанное. Расстелила прямо на траве кусок простого шёлка, примерно – полтора на два метра, может чуть больше. Сверху разложила куски одежды, предварительно срезав с неё все швы. Долго перекладывала куски по цвету, всё что-то не устраивало. Тряпья вышло много, не один слой получился, а целых семь. Закрыла это барахло сверху самым красивым и ярким шёлком, дорогим, бордовым. К серому потолку бордовое очень подойдет. Скрепила на живую нитку края, немного прихватила в серединке, чтобы куски ткани внутри не елозили и начала стегать. Мелким стежком, ручками. Что поделать, ну нет здесь швейных машинок.

Каждый вечер, устала или нет, она садилась работать над шитьём. Синель – техника нищих, давала совершенно потрясающие покрывала. Морне она пыталась на словах объяснить, что хочет – не получилось. Но Морна, видев все её старания, просто молча садилась рядом и брала свободный конец шитья. Медленно и методично, но дело двигалось.

Глава 24

Приехал Кубер. Один, без Корны. Ребёнка она ждёт, не стоит трясти в дороге. Сам он был счастливый, улыбался каким-то своим мыслям. Но смотрел на разруху вокруг с интересом. Полюбовался на полы, спросил: зачем же масло на пол лить. Выслушал и захотел дождаться, посмотреть, что выйдет. Маслом пропитывать нужно было еще не один раз. Прямо во дворе начал собирать мебель, Морна ахала и немного ворчала на Елинку за «растрынькивание».

Гостя пришлось уложить спать в сарай, к хозяевам. Но вроде как не обиделся, понимал, что лучше места нет, а тут всё же – крыша над головой. Но поставил условие, что лаком вскрывать – только в доме. Мало ли – дождь пойдёт, попортит всю красоту.

Днём Елинка поймала Морну на том, что она гладит резную спинку кровати. Морна смутилась

– Да я, деточка, так, посмотреть только. Этакая ведь красота...

Мебель с помощью Вары собрали быстро.

На следующий день мужики, забрав Гантея, отправились за рыбой.

Елинка и Морна покрывало достегали. Взяв ножницы, Еля начала разрезать все слои ткани кроме нижнего. Морну чуть инфаркт не хватил, когда она увидала, что просто так берут и режут дорогущий бордовый шёлк.

– Что делаешь-та, Еля?! Рази так можно, шили-шили, а ты...

– Так нужно, сейчас увидишь.