Резать пришлось долго, строго в тех местах, где наметила. Аж руки устали. Елина не торопилась, не хотела потом подшивать собственные ошибки. Дорезала сколько нужно, передохнула. А потом она начала тереть и мять все это драное великолепие.

– Морна, помогай, вот прямо три его, как будто стираешь, и грязь нужно оттереть. И пальцами вот так требуши – наконец сказала. – Всё, Морна, хватит. Давай работу смотреть.

Взяла мятый комок, весь обсыпанный вырванными ниточками, и несколько раз крепко встряхнула. Кинула, расправив на траву.

– Ну, как?

Все фото взяты в свободном доступе в инете.

Морна молчала, держалась рукой за рот. На зелёной траве лежал роскошный кусок бордового шелка, на котором цвели махровые выпуклые узоры. В центре – большой медальон, по углам – другие, поменьше.

– Детка, да ему жа цены не сложить! Это какому жа барину ты тако сделала?

– Вам с Варой в спальню, на стену, на ту, что возле кровати. Оно толстое, от стены холодом не будет тянуть.

– Да Единый с тобой, Еля. Куда в хату этаку красоту! Да оно жа дорогущее...

– Морна, у тебя не хата, а дом, получше городского. Полы вот через недельку досохнут, масло все впитается, увидишь, как красиво будет.

– Да, Елинька, и сейчас красиво! Мне аж заглядывать-та страшно, неужто по такому полу ходить, он жа прям блестит.

– Ходить, обязательно ходить, а чтобы ноги не мерзли – тапки пошьём войлочные, удобные и тёплые. Его нужно подметать и в чистоте держать, но после масла – даже мыть можно.

– Мне, Елинька, аж страшно иной раз.

– Чего тут страшного?

– Да нет, детка, я не дома и красоты этой всей боюсь, а что вдруг ты всё вспомнишь, и опять меня ненавидеть будешь. Как тогда жить-та?

– Морна, даст Единый, вспомню я всё, но ведь то, что сейчас есть – уже не забуду. Не думай о худом, ты мне родная, и никакие воспоминания это не изменят. Пойдем лучше чаю попьём. И ещё я у тебя хочу попросить...

– Да что хочешь, детка.

– Я покрывало это в город свожу. Покажу фру Лице. Деньги-то нам нужны. Ты не волнуйся, я его привезу назад обязательно, мне просто образец нужен.

– Да и не волнуюсь я, детка, Единый с тобой. Делай, как надобно.

К вечеру вернулись рыбаки с уловом. По жаре оставлять ничего нельзя было. Вместо отдыха все – даже Кубер, хоть и гость – взялись за рыбу. Чистили, часть определили на просушку, часть крепко посолили, еще часть сунули в коптилку. За оградой была выкопана яма, вроде колодца, камнями обложена, на дно насыпали стружку – Кубер с собой два мешка привез, плотно закрыли крышкой, даже землёй часть крышки присыпали. Оставили до утра. Запах дымка чувствовался еле-еле – ну так и должно быть.

На поздний-поздний ужин Морна нажарила рыбы. Вкусно, но ели уже без особого аппетита, все умотались так, что мечтали добраться до сена, и спать-спать-спать. Даже Гантей не егозился и не пошел по темноте к ненаглядному Корене, а устроился спать рядом с Елинкой, прямо во дворе, на вынесенных старых мешках.

Глава 25

Кубер уезжал через два дня. Увозил с собой бочонок рыбы в рассоле, копченые и солёные потрошеные тушки.

– Ты, как приедешь-та, перво-наперво досушиваться рыбу развесь, сыровата ещё, как бы не попортилась, – переживала Морна.

В доме, на покрытом соломой полу сохла лакированная мебель. Резная двуспальная кровать, две аккуратные кровати без резьбы, большой стол и два поменьше, два кресла, по просьбе Елины сделанные непривычно низкими – туда она планировала сделать мягкие подушки. Красивые резные табуретки – целых восемь, их Кубер привёз уже готовые. И еще лаковые доски без резьбы, это Елина планировала пустить на полки. Кубер наказал сутки, а лучше двое – не трогать.

– Пусть как следует высохнет. А то схватите рукой – следы останутся, в городе-то – ежели чево – я бы поправил, у тут-то у вас – кто поправит?

– Ты, Кубер, эта, не волнуйся. Мы с Елинкой через день после тебя приедем, дак я тебе всё обскажу подробно, как высохло. Тама у нас ещё заказы заказаны, привести нужно.

В город выбрались только через три дня – слишком много возни было с расстановкой мебели, возвращением почищенных, тоже облагороженных лаком сундуков на законные места. Морна осталась дома, отговорившись делами. И то верно – нужно же кому-то было присматривать за рабочими.

С левой стороны дома пристраивали ещё одну большую комнату. Стену решили не ломать, поэтому вход в Елинкину половину придётся делать отдельный. Печки хватит на две комнаты, но ей-то, Елинке, тоже нужна. Да не простая, а с духовкой.

В городе, наказав Варе купить того и сего из продуктов, она первым делом посетила фру Лицу. Фру была рада её видеть и не скрывала удовольствия от своего нового статуса.