Торговец товарами из Сарандана на весь рынок был один. Понятно – монополист. Значит и цену будет ломить. У него стояли горшочки с какими-то подозрительными мазями, и висели пучки трав.

А вот выбор приправ порадовал. А цена – не очень. Зато был шафран, который дает прекрасный желтый цвет, а ещё – индиго и кореопсис. Кореопсис так и лежал засушенными цветочками. Прекрасно, значит, можно будет высадить в огороде. Красителей для ее целей нужно было не так и много, но чем разнообразнее цвета – тем лучше. Хотя паниковать рано. Есть же еще ягоды, тоже разные цвета дадут. Свёкла там, вишня. Придумаем. А вот палочки корицы – хоть и дорого дерет, но нужны обязательно. Без булочек с корицей – и дом не дом.

– Уважаемый, мне недавно знакомая советовала мазь, делают ее их жира и добавляют такой ярко-желтый порошок. Говорят, что очень помогает от прыщей и прочего. Этот порошок ужасно воняет, если попадает в огонь.

– Вы, барышня, наверное, про вонюч-камень говорите. Есть у меня такая мазь, очень рекомендую, прекрасное средство, от него кожа будет без единого пятнышка.

– Уважаемый, а нельзя ли мне сам камень купить? Мазь испортится, а живу я очень далеко, каждый раз ездить не смогу.

– О, это очень дорогой ингредиент, барышня. Сами понимаете – такая ценность.

– Покажите, пожалуйста.

– Я даже не знаю, хватит ли у вас средств на приобретение. Такие вещи очень, очень тяжело достать.

– Такие вещи, уважаемый, есть в арсенале каждой травницы, которая притирания для деревенских баб делает. Я могу поискать и в другом месте...

Кусок серы – размером, примерно, в два кулака – ей обошелся в серебрушку. Купец стоял насмерть, а её время поджимало. Вот же буржуин недорезанный!

Еще какие-то покупки, прилавки, разговоры, торг бесконечный...

Пришла в себя Елина уже в доме Кубера. Вара укладывал на телегу её последнее приобретение – огромный копчёный окорок, и два средних мешка – с фасолью и с горохом.

Ужинали в полном молчании. За эти дни устали все – и гости, и хозяева. Так же – в молчании – пили чай.

– Кубер, – обратилась просто, среди родственников не положены всякие «фру» и «уважаемый». – Кубер, а что вы будете с горшком лака испорченного делать?

– Дак вылить надо, толку от него нет, но рука не поднимается. Ну, придётся. Хоть горшок спасу.

– А продайте его мне. Если не дорого, то я возьму.

За столом воцарилось молчание. На Елину одинаково удивленно смотрели все.

– Елинька, да тебе-то зачем?

– Морна, я одну штуку придумала, получится – покажу, а нет – так и говорить не о чем будет.

Теперь Морна смотрела на Кубера. Под этим взглядом он чуть поёжился.

– Ну, пойдем в мастерскую, там посмотрим.

– Да ты цену-то назови, Кубер.

А вот не тот человек была Морна, который деньги растрынькивать даст!

– Дак я за него серебрушку и двенадцать медяков отдал, Единый мне свидетель!

– А выльешь ты его забесплатно! Еще и горшок испорчен!

У Елины не было ни сил, ни желания торговаться. Кроме того – она собиралась просить хозяев о любезности: доставить заказанный товар в деревню. Так что она просто взяла Кубера за мозолистую лапищу и утащила его в мастерскую…

Утро наступило слишком быстро, никто не успел отдохнуть. Даже спустя время, Елина не любила вспоминать дорогу домой. Часть пути в самом начале пришлось проделать пешком, только это и спасло от разбитости, но она стерла ногу и устала, как собака.

Домой доехали уже на закате.

Глава 21

С утра все были вялые, разбирали привезённое, распихивали по местам. Только Гантей скакал козлом и радовался жизни, путаясь под ногами и пытаясь распаковать и увидеть всё сразу, за что схватил некрепкий подзатыльник от Морны и был отправлен «исправляться» за дровами.

На следующий день Вара и Гантей вышли в море.

До обеда почти не виделись – накопились дела по дому и хозяйству. Скоренько похватали оставшуюся с утра холодную баку, по кусочку окорока – и по делам, дальше шуршать.

Елина вытащила из погреба молоко, многовато скопилось. Часть заквасилась. Сварила творог, получилось много.

Куда столько, продавать?

Нет уж, лучше так: набрала немного золы, просеяла, залила небольшим количеством кипящей воды. К вечеру процедила аккуратно, стараясь не взбаламутить нижний слой грязи. Получилась желтоватая прозрачная жидкость. Концентрации она, конечно, не знала, но придется устанавливать опытным путём. Всё на глазок. Килограмм творога, пара литров молока, яйцо, соли пол-ложки, масла сливочного – ну вот этот кусочек – как раз грамм сто-сто пятьдесят. Да! Еще ведь тмин она привезла. Ну, можно ложечку тмина.