Я выключаю воду и выхожу из душа, хватаю полотенце и вытираюсь — резче, чем следовало бы, словно пытаюсь соскрести её образ со своей кожи. В зеркале я выгляжу так же, как и всегда: волевой подбородок, голубые глаза, тело, подобное отточенному оружию, — но внутри что-то меняется. Идет трещинами.

Она делает это со мной. Мия Бакстер. С её острым языком, еще более пронзительным взглядом и тем, как она смотрит на меня — будто видит насквозь того монстра, которого я держу под замком.

Возможно, она и правда его видит.

Гала-вечер состоится через пару дней. Президентский прием по сбору средств, все те же привычные лица. Я пригласил её стать моей спутницей прежде, чем успел передумать, и она согласилась. Теперь мне придется провести целый вечер, ведя её под руку, улыбаясь на камеры и притворяясь, будто я не мечтаю о том, как бы перегнуть её через каждую подходящую поверхность.

Я натягиваю домашние штаны и подхожу к окну, всматриваясь в город, который поклялся защищать, и зная, что она там, где-то в этой темноте.

Может быть, если я везунчик, она тоже думает обо мне.

ГЛАВА 13

МИЯ

Кажется, надеть это платье было ошибкой.

Я стою перед зеркалом в отеле в одних лишь трусиках, прижимая красный шелк к телу и гадая, о чем я, черт возьми, думала, когда его покупала. Вырез кажется глубже, чем мне помнилось, на спине ткани практически нет, и оно будет облегать каждый изгиб так, словно его нанесли на кожу краской. Это платье из разряда тех, что требуют внимания, — полная противоположность всему, чего должен делать шпион.

— Ты странно дышишь, — раздается голос Байо у меня в ухе. — Что происходит?

— У меня кризис.

— В связи с чем?

— Из-за этого дебильного платья, — я поворачиваюсь боком, изучая свое отражение. — Думаю, это чересчур. Да. Это перебор.

— Опиши мне его.

— Красное. Шелковое. Сиськи будет видно. Спины почти нет. Под него точно не наденешь ни белья, ни лифчика, — я медлю. — Выглядит так, будто я пытаюсь кого-то соблазнить.

— А разве нет?

У меня нет ответа на этот вопрос.

Последние несколько дней слились в сплошное пятно из разведданных и неразберихи. Данные с объекта в Куинсе тяжелым грузом осели в моей голове. Журналы подопытных с таким процентом неудач, что у меня внутри всё переворачивается; фразы вроде «нейронная деградация» и «фрагментация сознания» звучат скорее как фрагменты из фильма ужасов, чем как описание генетического усовершенствования. И Капур. «Доступ аннулирован. Инцидент с Капуром. См. секретный файл». Он что-то нашел. За что его убили.

А еще это соревнование с Парагоном. На прошлой неделе я стояла в той толпе и смотрела, как Авангард превозмогает свои пределы, видела, как он вырвал победу с преимуществом всего в три чертовых секунды у той машины в черной броне. Я буквально растаяла от той искренней улыбки, которую он подарил мне, когда приземлился.

Затем я оказалась в пентхаусе Авангарда, он приготовил мне сэндвичи с сыром, а я назвала его Нейтом, и он не стал меня поправлять. Может, потому что он был занят — буквально собирался спрыгнуть со своего балкона, но всё же.

То, что я не могу перестать думать о нем даже тогда, когда должна думать о задании, начинает немного беспокоить.

— Надень платье, Мия Бакстер, — мягко говорит Байо. — Ты купила его не просто так. У тебя есть работа.

Я киваю, натягиваю шёлк на бедра, продевая руки в тонкие бретельки. Ткань приятно холодит кожу, шелестя по телу, пока я поправляю вырез, снимаю трусики, чтобы они не проступали под тканью, и разглаживаю юбку.

Женщина, смотрящая на меня из зеркала, кажется незнакомкой: лишь изгибы и обнаженная кожа, а красный шелк ловит свет, словно жидкое пламя. Мои ключицы выглядят острыми, шея — невозможно длинной, серьги сверкают. Платье с открытой спиной от плеч до поясницы, обнажает золотистую кожу, что кажется почти непристойным.

Я выгляжу опасно. Выгляжу как женщина, которая хочет, чтобы её заметили.

Я хочу, чтобы заметил именно Авангард.

Сажусь за туалетный столик и принимаюсь за прическу, укладывая волосы в элегантный хвост — на это уходит слишком много времени и слишком много невидимок. Несколько прядей выбиваются, обрамляя лицо и смягчая строгость образа. Затем макияж — неброский, за исключением губ, которые я крашу в тот же красный цвет, что и платье. Не то чтобы я собиралась кого-то целовать.

— Кэт уже на позиции, — сообщает мне Байо через серьги. — Помни, она — Елена Варга, фотограф-фрилансер, документы достал я, ваш покорный слуга. У нее тоже есть связь — по отдельному каналу, но я отслеживаю оба. Она будет тебя слышать, но как только ты отключишь меня, ты отключишь и её.

— Хорошо. — Я встаю, в последний раз проводя ладонями по бедрам. Шелк струится под пальцами, прохладный и скользкий. — Есть новости по данным «Прометея»?

— Всё еще расшифровываю секретные файлы, но то, что мы получили на данный момент… — он медлит. — Это ужасно, Мия. Что бы они там ни затеяли, это уже не просто «усовершенствование». И есть упоминание о чем-то под названием «Пятая фаза» — датировано 2038 годом. Тот же год, когда Авангард впервые предстал перед публикой.