Перед глазами с беспощадной ясностью возник я сам всего несколько часов назад — скрючившийся, извергающий из себя гниль последнего убийства. Я всё ещё чувствовал вкус желчи, ломоту в костях, изнеможение, пропитавшее саму душу. Тот момент сорвал с меня иллюзию могущества, оставив лишь гниющую правду.

— Я тебя слышу, — тихо произнёс я, и в голосе звучала настороженность. — Но ты хотя бы знаешь, где находятся эти кинжалы? Ты видел их собственными глазами? Откуда тебе знать, что это не мифы — не очередное проклятое обещание, призванное нас погубить?

Малик ответил мгновенно, слишком быстро — словно гончих спустили с поводка.

— О, они существуют, — сказал он, сверкнув глазами. — У нас сведения из надёжного источника. Я доверяю своим людям.

Я внимательно наблюдал за ним, анализируя каждое слово, каждый вдох, малейшее изменение позы. Челюсть напряглась.

— Как это произошло? — спросил я ровным голосом. — Как ты познакомился с Лейлой? И не упускай подробностей. Начни с самого начала.

Он раздражённо вздохнул.

— Ты же не всерьёз. Я рассказывал тебе эту историю десятки раз.

— Нет, — холодно и непреклонно произнёс я. — Расскажи так, словно я никогда её прежде не слышал.

Малик помедлил, затем откинулся на кожаную спинку кресла, постукивая пальцами по подлокотнику и с трудом сдерживая эмоции.

— Это было в Анатолии, — наконец заговорил он. — Я занимался исследованиями и разведкой в старом городе. Я ничего не искал… а потом увидел её.

Он замолчал, устремив взгляд к потолку, словно заново переживал тот миг.

— Когда наши взгляды встретились, мир остановился. Всё остальное исчезло — словно само время затаило дыхание. Да, сначала меня поразила её красота, но потом её голос, её ум… поглотили меня целиком. Я отдался ей. Полностью.

Его глаза сияли тем же благоговейным, лихорадочным светом, который я замечал и прежде, — только теперь он пугал меня сильнее, чем когда-либо.

— Я не мог хранить от неё секреты, — продолжил он. — Это было бы оскорблением того, что существовало между нами. Поэтому я рассказал ей правду о том, кто я. А она посмотрела мне прямо в глаза и призналась, что она Рождённая временем.

— Вот как, — произнёс я, разглядывая потухший окурок сигары. — Звучит до жути знакомо. Алина ведь тоже Рождённая временем.

Малик наклонился вперёд, едва не рассмеявшись.

— Невероятно, правда? Двое из самых тёмных созданий… нашли себе пару среди Рождённых временем.

А затем его глаза вспыхнули опасной надеждой.

— Ох, Бальтазар, — выдохнул он. — Не могу дождаться, когда мы с Лейлой создадим семью.

Эти слова ударили словно пощёчина, но он даже не заметил. Он утонул в своей мечте.

— Мы прорубили себе путь сюда. Покончили с властью её отца — её отца, Охотника за временем. Теперь ничто не стоит у нас на пути. Больше никаких правил. Никаких цепей. Только будущее. Разве ты этого не чувствуешь?

Отец Лейлы… Охотник за временем?

Эти слова рикошетили у меня в черепе словно пули. Охотники за временем — те самые чудовища, которые уничтожили мою жизнь, вырвали семью из моих объятий и оставили меня гнить во тьме. И теперь выясняется, что она — дочь одного из них?

Я не мог в это поверить.

Нет — мог.

Потому что именно так они и поступили бы, теперь я это видел. Ясно как день. Они кружили надо мной словно стервятники, ведя долгую игру. Лейла, Малик… они действовали сообща. Все они. Чтобы уничтожить меня.

В голове зазвучал голос Алины, рассекая иллюзии Малика словно клинок.

Мы должны помешать ему найти кинжалы. Они несут лишь ложные обещания счастья. Мы должны избавиться от Малика и Лейлы, пока не стало слишком поздно.

Я заставил лицо принять спокойное выражение, откинулся в кожаном кресле и погладил подбородок, словно размышляя над чем-то чрезвычайно важным.

— В твоём плане есть смысл, сын мой, — намеренно произнёс я. — Если нам удастся найти кинжалы.

Я наклонился вперёд, изображая воодушевление.

— Знаешь что? Я хотел бы узнать Лейлу получше. Почему бы вам двоим не прийти ко мне на ужин? Только мы вчетвером. Тихий вечер, сможем всё подробнее обсудить. Что скажешь?

Лицо Малика просияло, словно мальчишке предложили корону.

— Великолепная идея! Мы принесём вино. У меня есть чудесное бордо из Франции — выдержанное, мягкое, само совершенство. — Он картинно поцеловал кончики пальцев. — Тебе понравится.

— Звучит прекрасно, — сказал я, поднимаясь на ноги. — Приходите завтра. Ровно в семь. Я велю повару приготовить пир, достойный королей. Поужинаем… и помечтаем о будущем.

Малик поднялся и сжал мою руку обеими ладонями — тёплыми, ничего не подозревающими.

— Вот увидишь, Бальтазар, — сияя, произнёс он. — Этот план сработает.

Я встретил его взгляд и улыбнулся. Широко. Лучезарно. Лживо.

— С нетерпением жду, — безмятежно ответил я.

Но в душе я уже перебирал способы, которыми убью их обоих.

Ровно в семь часов следующего вечера Малик и Лейла прибыли в поместье — с точностью до секунды, как и следовало ожидать.

Они выглядели безупречной парой, которой невозможно было не позавидовать.