Включил запись. Прямо напротив трона появились Марианна и мой отец. Будущий Император еще только собирался развлекаться. Надо было, наверное, показать сразу самое интересное? Хотя… Глазки у Винсента забегали, в них появилась ярость и, кажется, ненависть. Да неужели? А я уж было даже испугался.

— Очень рекомендую смотреть внимательно.

Вот Марианна уже повисла под потолком.

— Хотя нет. Может, лучше будет наоборот… Проклятье! Прости, пожалуйста. Я не знаю, что тебе посоветовать, оба варианта такие заманчивые… Выбирай сам. Если ты закроешь глаза или просто отведешь взгляд от своей истинной, сразу же ощутишь все, что она чувствовала в этот самый момент. В принципе, можешь попробовать и то, и другое. По очереди. Возможность у тебя будет, не переживай. Это кино слишком интересное, так что посмотришь ты его очень много раз.

***

Марианна Маслова

Не похоже было, чтобы статуэтка Императрицы работала. Пальцы на руке, с которых только что содрали ногти, болели так, что хотелось выть. Слезы полились из глаз, но не от этой боли. И даже не от страха. От обиды.

Неужели Винсенту с его истинной мало было моей смерти? Хотя… О чем это я? Естественно, мало. Девушкам вообще свойственно ревновать к бывшим. А Винсент, безусловно, никак не мог допустить, чтобы его будущая супруга хмурила бровки.

Да и, наверное, лишнее развлечение от скуки никогда не мешало? Тоже можно было понять, во дворце не так часто что-то столь… Столь веселое происходило. Последний раз нечто подобное можно было увидеть только на отборе. Его Высочество, вместе с кузеном, тогда с большим удовольствием смотрели безумно интересные фильмы с участием невест. Помню, как Винсент подошел ко мне, когда я упала с грифона. И как с большим интересом рассматривал… Улыбался… Вот прямо как сейчас… Интересно, а сейчас… Сейчас-то почему он тянул с казнью? Пытался придумать, что бы такого сделать, чтобы стало еще веселее?

И почему я вообще решила, что Винсент изменился? Что чужая жизнь стала значить для него хотя бы что-то? Не понимала... Нет, зачем врать? Понимала, конечно. Мне просто хотелось так думать. Дура, да, это надо было признать. А вот, наконец-то. Услышала его приказ начинать…

И почему я сама себе только и делала, что врала? Конечно же, слезы катились не только от обиды. И от страха тоже. Я не хотела умирать! Я хотела жить. Я хотела очнуться дома, в своей кровати. И пусть весь этот мир, чертова метка и Винсент со своей истинной оказались бы страшным сном. Только вот Старший жрец уже поднес факел к дровам. Жар, исходивший от них, ясно говорил, надеяться на то, что все это не реально, не стоило.

Огонь очень быстро охватил поленья вокруг меня и перекинулся на платье. Завопила от адской боли, когда загорелись ноги. Пламя охватило все тело, и мой крик прервался от того, что я задохнулась от дыма, который обжег горло и проник в легкие.

Резко боль прошла. Не понимала, почему? Я вроде бы пока была еще жива. Но пламя больше не дотягивалось до моего тела, лишь полыхало вокруг. Что было еще более странным, так это то, что ожогов я не видела и даже платье на мне совершенно не пострадало. Но ведь оно горело? Как и я?

Кто-то сзади освободил от железной проволоки мои руки. Я не удержалась на ногах, но упасть мне не дали. Подняла голову и посмотрела на того, кто это сделал. Да быть такого не могло!

Он подхватил меня на руки, спустился с помоста и подошел к грифону, которого, готова была поклясться, здесь не было еще минуту назад. Мой спаситель уложил меня на спину к крылатому зверю, а после забрался на него сам. В голове крутилось так много вопросов, но совершенно не было сил их задать. Я просто закрыла глаза и отключилась.

Глава 60: Придется выбирать

Аурэлия Макберн

Мне очень не нравилось, что Марианна все еще не очнулась. Уже должна была, ведь ей дали двойную порцию зелья. Да и внешний вид девушки очень пугал...

— С ней все нормально?

— Боюсь, что нет, Ваше Величество, — ответил лекарь. — Сильный стресс, физическое истощение организма должны были привести к выкидышу. Но, похоже, девушка очень хотела сохранить ребенка. Это возможно. Встречались случаи, когда сильным магам удавалось отдать свой дар ради спасения плода. Но тут на матери был надет ошейник… Полагаю, из-за него процесс прошел несколько иначе. Вместо магии девушка передала ребенку практически всю свою жизненную силу.

— Так, и что это значит? Ребенка спасти можно?

— Только если матери удастся дожить до его рождения. Все, что я могу предложить, это погрузить ее в магический сон. В нем все процессы в организме девушки замедлятся, что должно дать время…

— А ребенок?

— На его развитии сон никак не отразится. Либо можно, наоборот, попытаться повернуть процесс вспять и вернуть жизненную силу матери. Но в этом случае ребенка сохранить не удастся. Придется выбирать.

— Выбирать? Нет. И речи быть не может! Ребенок должен выжить!

— А может, Марианну спросим? Это ей решать, — возразил Вардис, молча до этого слушавший лекаря.