Ярость кипела в груди Дайроса, буквально выводила из себя, несмотря на то, что с момента ухода девчонки прошло больше трёх часов. Он до сих пор не мог поверить, что так легко попался. Не воспринял девушку всерьёз. Подумаешь, вырубила пьяных разбойников. Кто же мог подумать, что она приставит меч к его горлу?

— Ты спрашивал пять минут назад, — проворчал Аркарион, продолжая своё нелёгкое дело.

— Ты не ответил. Долго?

— Верёвки толстые, нож тупой, а рука затекла ещё час назад.

— Так мы её упустим.

— Мы и так её упустили, — пробормотал сквозь стиснутые зубы Арк, активно орудуя ножом. — Темно, придётся встать лагерем здесь.

— И есть пресную кашу. Она оставила нам только крупу. Воровка.

— Не от хорошей же жизни она начала воровать. Она пыталась устроиться на работу.

— Ты её оправдываешь?

— Она красивая, — мечтательно протянул Аркарион.

— Не знаю, от неё будто холодом веет, — Дайрос мотнул головой, вспомнив взгляд синих глаз воительницы: холодный, равнодушный, беспощадный.

Он с трудом верил в то, что она остановилась и не убила.

Верёвки, наконец, поддались. Дайрос дёрнул руками, начиная ослаблять путы. Тело затекло, и теперь мышцы кололо сотней игл. Как только освободился, он подбежал к сумкам. Но только чтобы убедиться, что девчонка вычистила всё. Забрала деньги, еду, артефакты, огниво, оставила только несколько монет и горстку мыльных корней. Это что намёк?

— Обчистила, — заключил он гневно.

— Хозяйственная, — усмехнулся Аркарион, оценивая свои потери. — Забрала самое необходимое.

— Проклятье! — рыкнул Дайрос, рванув ворот рубашки, ведь только сейчас заметил, что не ощущает привычной тяжести цепочки на шее. — Она забрала медальон Мирианны!

Он заметался на месте, сжимая кулаки в бессильной ярости.

— Найду её и…

— Что? Ты же не бьёшь женщин, — весёлость ушла из голоса друга, сменившись застарелой тоской.

— Если она продаст медальон — сделаю исключение.

Глава 6

/Хранительница/

Меня разбудил котёнок, он возился у живота, жалобно мяукая. Наверное, хотел есть. При свете только восходящего солнца я смогла лучше рассмотреть его. Окрасом он напоминал барсов с Земли. Серо-белая шерсть с вкраплениями чёрного. Тело продолговатое, поджарое. Кисточки на кончиках ушей. Хвост странный, очень длинный. Присмотревшись, я поняла, что на его кончике выкидное жало.

— Кто же ты? — спросила я малыша, заглянув в зелёные глазки.

Естественно, он не ответил. Хотя я и этому бы не удивилась. Котёнок мяукнул, вновь ткнувшись мне в живот мордочкой. Голодный.

Тело ныло после тяжёлой дороги, не зажили все ушибы и синяки, хоть тот разбойник и умудрился как-то избавить меня от сотрясения, и от раны на запястье. Но беспокойство за усатого спутника заставило подняться.

Дедушка частенько вытаскивал меня в походы, но так и не сумел пробудить во мне любовь к подобному досугу. Ох, знала бы, куда попаду, усерднее слушала бы его лекции о выживании в диких условиях. Сейчас меня спасало только наличие спальника. Правда, он летний, тонкий, а ночи здесь не особо тёплые.

Быстро разогрев еду, я убедилась в том, что и так подозревала: малыш слишком мал для мяса и каши. Ему, скорее всего, нужно молоко из бутылочки. И как можно скорее, ведь мать вряд ли кормила его последние дни из-за болезни.

Я засобиралась в дорогу, наспех утрамбовала вещи в рюкзак и сорвалась в путь. Котёнка разместила на груди, подвязав сумку. Малыш с любопытством осматривался, я же почти бежала, памятуя о том, что за спиной остались обиженные мной мужчины.

Вот почему я такая совестливая? Не смогла сладить с лошадьми, так стоило их прогнать. Нет, я оттащила воинов подальше от разбойников, с удобством разместила у деревьев, ещё и лошадей подвела. Молодец, Александра, если умрёшь, на твоей могиле напишут: «Бессовестная не про неё, а вот глупая — да».

Похоже, я вчера преодолела большое расстояние, потому что вышла к городу буквально через пару часов. Лика оказалась небольшим торговым поселением, окружённым деревянными крепостными стенами. На подходе к нему я прикрыла котёнка полами плаща. Вход оказался платным, пришлось заплатить серебрушку. Я боялась, что лишусь золотой монеты, но пронесло. Стражник удивился, да и смотрел подозрительно, всё заглядывая под капюшон, но сдачу выдал.

За крепостными стенами город оказался довольно чистым. Центральная улица была вымощена камнем. Дома в основном деревянные, но виднелись и кирпичные. Мудрствовать не стала, зашла в первую же более-менее цивильную на вид таверну. Хозяин окинул меня придирчивым взглядом, попросил несколько серебрушек и отправил одну из работниц проводить меня на второй этаж.