На самом деле, я хочу, чтобы Барсукова была рядом. Запал прошел, выдрать волосы этой гадюке уже не хочется. Права Варя, с ней надо быть осторожной, очень-очень осторожной. Ладно, сыграем в игру «я хорошая девочка».

В «Лилии» как обычно, до фига народа. Очень востребованное место, знакомые лица кругом, но Луизы нигде нет. Может, не пришла еще? Или передумала?

-- Вас ждут?

-- Нет, видимо. Я первая пришла.

Хочу уже присесть за свободный столик, так меня останавливают.

-- Если вы Мария, то вас ждут.

Конечно, тут же есть отдельные кабинеты! Такая звезда как Луиза не будет сидеть со всеми. Ну и ладно, лишних свидетелей нам и не надо. Мы проходим через весь зал, потом направо. Тут, кстати, интерьер побогаче, не бывала здесь раньше.

Она сидит за столиком, здесь еще и диванчик есть небольшой. Уютненько так.

-- Я рада, что ты пришла.

Улыбается, словно мы с ней подруги. Хоть целоваться-обниматься не полезла, и на том спасибо.

-- Да и я… рада.

Перед глазами меню, но я сюда не есть пришла.

-- Будешь что-то? Я угощаю.

Да пошла ты! Угощаешь. Я сама могу себе что угодно тут заказать! Ну или почти всё.

-- Аппетита нет. Так что ты хотела, Луиза?

-- Я помочь тебе хочу, Маш. Ты мне нравишься. Давно за тобой наблюдаю, с того дня, как вместе в баре футбол смотрели. У нас ведь много общего.

Да неужели? И что же, интересно, у нас общего? Рыжий?

-- Помочь? В чём?

-- Не в чём, а чем. Деньгами, конечно. Они нужны тебе.

Вот такого я совсем не ожидала!

-- Они всем нужны.

-- Но тебе ведь особенно, да? Ты, говорят, с первого курса мужа богатого себе ищешь? Даже на Макса Полянского вешалась… Я вот подумала, может, мы с тобой хорошими друзьями можем стать.

Она стебётся? Какими друзьями?!

-- Это вряд ли! Да и у тебя и Баринова в подружках, да?

-- Инсту мою смотрела? Маринка глупа, никогда не думает, что делает. Мы с ней очень разные, Маша. Мы не дружим. И речь не о ней. О Даниле. Он ко мне всегда хорошо относился, как и я к нему. Жаль, потерялись на несколько лет. Но я вернулась, так что... —  У неё улыбка с лица не сходит. Спокойно так говорит, мягко. Сама доброжелательность. Короче, не я совсем! -- Так что, Маш, я думаю, тебе не место рядом с ним. Не знаю, что там у вас с ним было и было ли, но твое внимание к нему излишне. Ваш… дружеский уик-энд закончился. О нем есть кому позаботиться.

-- И кому же? – Ответ знаю, конечно, но пусть сама скажет.

-- Мне. Даня, он очень хороший, сама знаешь. Умный, добрый и…

-- И Полянский?

-- И Полянский.

-- Он не возьмет деньги отца. Ни копейки. Никогда! И не станет с ним общаться. Да все знают, что его отец тебя к Рыжему приставил! Думает, уломаешь его сына, и он к папочке прибежит, раз Макс так облажался? Он не прибежит. Ты ошиблась, Луиза!

Вообще я надеялась, что тут она потухнет, а нет, еще шире улыбка. Ее вообще мои слова не трогают!

-- Это ничего не меняет, Маш. Даня очень обижен, и я его не виню. Еще и мать умерла. Конечно, он не будет с отцом общаться. Пока. А дальше… Никто не знает, что дальше будет, лет через пять например или семь. Он и без денег своего папы… Маш, он очень талантливый. Не зря Айс за него так держится. Да весь бизнес Леднева из-за Дани! Ты знаешь, что его в «Яндекс» приглашали и в Google? Он сделает отличную карьеру.

-- Карьеру? Даня?

Может, мы о разных людях говорим?

-- Над Гейтсом смеялись, в Apple не верил даже его инвестор. Фрики, хиппи, наркоманы, а они весь мир под себя подмяли. Дане надо просто помочь немного.

-- Ты его будущее уже по годам расписала?

Сижу, офигеваю. Вот честно! В таком… шоке, что даже орать не хочется.

-- Да, и я умею ждать. А вот тебе, Маш, нужно всё и сейчас. Ты мне и правда нравишься, поэтому я с тобой так откровенна. А деньги отца Данила здесь ни при чем. У него и свои будут, особенно сейчас, когда не надо мать содержать. Он далеко пойдет, Маш, очень далеко, а ты тут под ногами мешаешься.

Вот же дрянь! Вежливая красивая умная дрянь!

-- А если не пойдёт? Ты подумала и об этом? Ему не нужны деньги. От слова «совсем»!

-- Ты знаешь, как мой папа стал тем, кем стал? Мама его сделала. От и до. Без нее бы у него ничего не получилось.

-- Не знаю, что там у твоей мамы было, но Даня тебе не кролик подопытный. И что ты с отцом его, он тебе не простит.

-- Лучше о своем отце подумай, Маш! Два миллиона – это большие для него деньги, неподъемные. А их ведь отдавать надо.

Вот гадина! Подготовилась, значит! Наверняка и про наркотики знает. И про убийства.

-- Это не проблема, -- нагло вру, глядя ей в глаза. – У нас есть эти деньги. Найдём.

-- Я их уже нашла, Маш. Могу хоть завтра за твоего папу кредит погасить. Представляешь, какое облегчение ему будет. Да и тебе тоже.