Смутно, если честно, но лучше, наверное, промолчать. Или нет?

— Думаешь, у них это надолго?

— Надеюсь, что навсегда.

Да ты романтик, Рыжий!

— А ты бы... хотел бы... вот так?

— Ты же дневник мой читала сегодня, Маш! Чего спрашиваешь?

Бл...ииин! Как же я могла спалиться?! Может, на понт берет?

— Какой дневник? — Надеюсь, получилось достаточно удивлённо.

— Тот, который, ты в шкаф засунула, корешком вверх. Я так никогда тетради не кладу.

— А почему я-то сразу?! Я там у тебя одна что ли бываю? Да та же Луиза...

— Никогда не была у меня дома.

—А?

— Никого, Маш. Только ты.

Значит, спалилась! Но если у него там никого не было...

— Мы никогда не встречались у меня. — Смотрит на меня пристально, и я прекрасно понимаю, о чем он. Знала ведь всё и так, не маленькая девочка, но больно-то как внутри! Как тогда, когда сказал, что не нужна ему... такая. И на фига пошла с ними?! Вчера просто казалось, что может и получится что-то, и сегодня, когда читала его дневник. А сейчас...

— Какие люди! Даня! — Вздрагиваю от окрика. — Вот так встреча! Чего на мобилу-то не отвечаешь?! Гордый, да?

Смотрю как к нам быстро приближается Макс Полянский, в одной руке сигарета, в другой — бутылка пива. Но голос вроде трезвый.

— Машка?! А ты настырная! — Подходит ближе, и я чувствую запах пива. — Со мной, значит, не прокатило, так ты теперь за второго, взялась... А жаль, что я тебя тогда...

— Тебе чего надо, Макс? — Подходит ближе к Полянскому, отодвигая его от меня. — Иди, куда шёл.

— Неет! Я поговорить хочу. Давно хочу, братан!

Чего?! Какой братан?! Брат?!

Перевожу взгляд с одного парня на другого. Да они не похожи ни капли. Просто обращение такое. Наверное...

— В смысле брат? Дань?!

— А ты не знала? Не верю! Ты ж такая ушлая, Мань! Дура редкая, но ушлая! Знаешь ведь, что батя наш сделал, а?

— Макс, вали отсюда! По-хорошему. — Чувствую злится начинает Рыжий. Только драки тут не хватало! Макс же полный отморозок!

— Ты не вовремя. — А вот и Айс с Варей подошли. У Барсуковой в руках здоровый плюшевый медведь. Полный... абсурд.

— Никита, — Макс протягивает Айсу руку, но Леднев не двигается, смотрит холодно на Полянского.

— Макс, мы вроде обо всём договорились.

— Я, что, с братом поговорить не могу?! У меня, может, зов крови, а? Братские чувства.

Как дура перевожу взгляд с одного парня на другого, потом на третьего. Чую, сейчас подерутся. Голова сейчас взорвётся. Братья, значит?! Брат Полянского! Как он не свихнулся ещё с такими генами?!

Леднёв вдруг поднимает руку и прямо сюда, на пешеходную зону заезжает темный внедорожник, медленно едет, но народ шугается, кто-то матерится.

— Извини, Варь, в другой раз, видимо... — Целует Барсукову в висок. — Девушек домой отвези. — А это уже водителю, качку Валере, тому самому, который нас с пляжа вытаскивал. Эй! Стоп! Я никуда не поеду! Я тут останусь!

— Маша, садись в машину. Сейчас же. — Смотрю на Рыжего, это он мне? Никогда так не говорил.

Я бы может и поспорила, но Леднев подталкивает к машине и всё, мы уезжаем. И последнее, что я вижу -- Макса и Даню, стоящих друг против друга.

Глава 42. «Почему тебе можно, а ей нельзя»?

— Ну давай! Жги! И без предисловий! Хотя главную мысль я уже уловила. Даня, значит, сын Полянского. И ты...

Еле сдерживаюсь, чтобы не заорать. Я бы в машине начала, но Барсукова так локтем больно в бок врезала, что пришлось заткнуться. Но сейчас мы в квартире Айса, тут больше нет никого. И я очень-очень зла!

— Его мама работала у Полянского-старшего, секретарем. Потом вот...

— Залетела, да? — Плюхаюсь на диван, думаю, долго на нем просижу. Разговор-то явно не на пять минут.

— Ага, он женат был и вообще...

— Вообще на секретаршах не женятся, их... — замолкаю, речь о маме Дани, только что умершей.

— Он ее... пристроил. Замуж выдал за мужчину, который у него работал, в обмен на карьеру, и денег дал. Такое, оказывается, распространено в их… мире. И они так жили. Даня, понятное дело, ничего не знал. Думал, что это его настоящий отец. А она не работала больше, собой занималась. Они с Никитой в параллельных классах учились, не в одной компании были, но знали друг друга, в детстве даже в гости друг другу ездили. А потом, я так толком и не поняла, что именно случилось, но родители развелись, вроде как её муж устал от всего этого и бросил Даню с его матерью. Они без денег остались.

— А Полянский?

— Отказался им помогать. Сказал, не его проблемы. А она после этого пошла к журналистам.

— А Даня? — Спросила, а сама боюсь даже на Барсукову смотреть.

— Он... его травить начали в школе... Больше всех, конечно, Макс. Он был не рад узнать, что у него брат есть. Маш, крутая частная школа, обычные дети не учились там. Даня ушёл оттуда. А потом с Никитой где-то пересеклись, они оба компьютерными играми интересовались, а Даня...