Вика же хитро улыбнулась.

— Попробуй объяснить это нашему капитану, братишка! Я посмотрю, как на твое заявление Алмазова отреагирует... Будет весело.

— Что? — глаза Сокола округлились.

— Соня будет здесь? — забеспокоился и Алексей.

— Уже здесь! — усмехнувшись, поправила Соколовская. — Тимофей ее любимую песню включил. Значит, приехали все трое или она одна.

***

Алмазова сильно волновалась из-за предстоящего вечера. Репутация института стояла на кону. Несмотря на это, заходить в банкетный зал почему-то не спешила – переминалась с ноги на ногу на ступеньках здания, наслаждаясь вечерней прохладой. Дрожащими пальцами девушка пыталась справиться с непослушным сенсорным дисплеем своего телефона и дозвониться наконец до Лизы или Андрея... Тщетно!

Оба номера были отключены. Больше ждать их Соня не могла.

Раздраженно запихнув телефон в клатч, девушка шагнула в фойе. Заприметив там огромное зеркало, повертелась около него несколько секунд, проверяя, все ли в порядке с внешним видом. Часть волос по-прежнему спадала крупными локонами на полностью оголенные плечи и спину.

В другую половину ее густой шевелюры были вплетены живые орхидеи – в тон к коралловому платью с глубоким декольте. Так как длина наряда была приличной, а именно «в пол», то и выглядела Соня шикарно.

А главное – не вызывающе. Дважды вздохнув для храбрости и натянув на лицо беспечную улыбку, девушка уверенно вошла внутрь.

Зал загудел, приветствуя ее на удивление радушно.

Окинув присутствующих равнодушным взглядом, она направилась в сторону сцены, где за диджейским пультом уже хозяйничал Тимофей.

— Соня... ты божественна! — с обожанием выдохнул одногруппник. — Так и быть, я готов поставить крест на своей холостяцкой жизни!

Алмазова заливисто рассмеялась:

— В очередь, Тимка. В очередь.

— Ну, как всегда, я в пролете...

— Где все наши? — командным голосом поинтересовалась Соня.

— Там! — кивком головы Тимофей указал в нужном направлении. — Не хватает только Лизы и Андрея.

— Знаю. Они немного опоздают... Соколовскую не вижу.

— Вика за столиками спонсоров пока сидит. С братом.

Развернувшись на девяносто градусов, девушка с трудом разглядела в затемненной части зала одногрупницу. Да и Дмитрия с Павлом заодно.

Третий мужчина вместе со своей спутницей сидел к ней спиной, поэтому разглядеть парочку лучше Соня не могла даже со своим стопроцентным зрением.

— Сейчас вернусь.

Не проронив больше ни слова, она направилась к столикам спонсоров. Завидев ее, Виктория загадочно улыбнулась и замахала обеими руками в знак приветствия.

— Добрый вечер, господа! — улыбнулась Алмазова, останавливаясь у их стола. — Давненько не виделись. Не могу сказать, что скучала, но все же...

Похомов рассмеялся. Даже сигарету поспешил затушить.

— Нравится мне твое чувство юмора! — признался. — Ой нравится!

Соня, скорчив ему гримасу, переключила свое внимание на Соколовскую:

— Вика, тебя ребята заждались!

Виктория в ожидании разрешения вопросительно посмотрела на Павла.

Тот буквально сверлил немигающим взглядом Соню, совершенно не обращая внимания на сестру. Пользуясь моментом, Соколовская выскользнула из-за стола:

— Бегу, бегу!

Алмазова уже почти развернулась, собираясь отправиться вслед за Викой, да только екнуло вдруг в груди. Остановилась, внимательно рассматривая сидящего спиной к ней мужчину. Что-то в его осанке было ей до боли знакомо. В глубине души она понимала, что этот человек – Алексей Гордеев.

Сердце пропустило пару болезненных ударов, кровь прилила к лицу от обиды и гнева. Он с женщиной сюда пришел! Ярость взяла верх над разумом... Соня обогнула стол, оказавшись лицом к лицу с Алексеем.

От его напряженного оценивающего взгляда холодок пробежал по спине, но девушка и бровью не повела. Лишь гордо вскинула подбородок да посильнее клатч в руке сжала.

— Ну и гад же ты, Гордеев! — злобно зашипела, еле удерживая себя от рукоприкладства.

— Не понял? — изумился Алексей, слегка отодвигаясь от своей спутницы.

— Что, силиконовые сиськи милее естественной красоты? — глумилась Алмазова, прекрасно понимая, с каким интересом за этой перепалкой наблюдают Похомов и Соколовский, но остановиться уже не могла. — На них у тебя время есть, да?

— Как это понимать? — сурово отчеканил мужчина, стискивая зубы.

— А как тебя понимать? — закричала Соня, вкладывая в слова всю свою обиду и ярость. — Сначала ты руки мне нацеловываешь, комплиментами осыпаешь. Потом в одной кровати со мной «случайно» оказываешься, по городу преследуешь. Даже машину мне разбил... А сейчас вообще компанией какой-то курицы наслаждаешься! Ниже падать тебе некуда!

— Сама ты курица! — возмутилась вульгарная блондинка, очевидно, распознав из всего сказанного лишь это слово.

— Рот закрой! — цыкнула Алмазова. — Шлюхам слова нее давали...

— Что?