— Что это было? — вкрадчиво поинтересовалась Лиза, забирая из рук подруги визитку.

— Я не знаю, — глухо простонала Алмазова, до упора выжимая педаль газа.

Глава 8

— Я неясно выразился, Чех? — Похомов с силой стиснул телефон в руке. — Ты башкой думаешь или все же яйцами? Сроки истекают, пора деньги возвращать!

— Сумма слишком велика, — пыхтел мужчина в трубку, — понимаешь же, что все бабки в деле. Дай мне хотя бы неделю, я все отдам. Даже с процентами, отвечаю!

— Три дня, Чех, — устало выдохнул Дмитрий, — три дня – и ни часом больше. Иначе жди последствий. Без штанов ведь оставлю... Голым по миру пущу!

— Борзый, да ты...

— Все, я сказал! — прервав вызов, мужчина брезгливо швырнул телефон на стол. Что за паршивый денек, мать его... С самого утра настроение не задалось.

— Чего лютуешь-то, Дим? — Соколовский, расслабившись в кресле-качалке, внимательно наблюдал за другом. — Чех очень важен сейчас как партнер. А ты его ниже плинтуса...

Похомов окинул друга свирепым взглядом:

— Да он лишь благодаря сотрудничеству с нами на плаву держится. Бизнес его давным-давно стал убыточным.

— И только поэтому нужно добить его окончательно?

— Сокол, заткнись уже! Как вы все меня сегодня достали...

Дмитрий, нервно пошарив по карманам брюк, извлек оттуда пачку сигарет и зажигалку. Машинально затянулся посильнее, надеясь как можно скорее успокоить разбушевавшиеся эмоции. Умом ведь понимал – прав Пашка. Прав. Да только поделать ничего с собой не мог.

— А! Теперь понятно, почему ты такой смурной весь день, — начал философствовать Павел. — Наверняка у Лизы был?

Дмитрий задумчиво кивнул в ответ:

— Отцовский подарок забрал...

— Не выдержал-таки, — друг осуждающе покачал головой. — Сразу после моего ухода сорвался адрес проверять или все же подождал часок-другой?

— Перегибаешь палку, Сокол. Я отчитываться, как шкет пятилетний, не собираюсь.

Соколовский очень хорошо знал Борзого. За столько лет бок о бок грех не выучить. Зачастую и без слов друг друга понимали. Сейчас Дмитрий был слишком взвинчен, и причина тому могла быть всего лишь одна:

— Неужели отказала?

— Выставила за дверь! — Похомов в сердцах сломал сигарету и швырнул ее в ближайшую стену.

— Ни хрена себе! — удивленно присвистнул Пашка. — Если мне память не изменяет, то это единственный случай, когда тебя девка отшила.

— Вообще-то, второй, — задумчиво произнес мужчина, — первой была Елена Сергеевна.

Соколовский прыснул со смеху. Даже бумаги из рук выронил.

— Ну да. Как я мог забыть классуху-то нашу? Сколько же нам тогда было?

— Двенадцать, — Борзый, последовав примеру друга, расслабился в кресле, закинув руки за голову. — И столько же часов я простоял в углу за тот случай.

— Зацепила она тебя, да? — прозвучал в тишине вопрос Соколовского.

Дмитрий вмиг серьезным стал. Даже желваки на лице заходили от напряжения.

— Да! И жестко. До сих пор трясет...

— Заметно.

— Не хрен ухмыляться, Соколик. Я тут, вообще-то, душу изливаю.

— И вовсе я не ухмыляюсь. Просто пытаюсь представить, какой ущерб нанесен твоему эго...

— Понять не могу, что в ней такого? Обычная ведь. Невзрачная, серая...

— Рыжая...

— Забитая, — продолжил Похомов, явно недовольный тем, что Пашка его перебивает, — зашуганная, дерганая. Боится каждого шороха... Не мое! Явно не мое! Но не выходит у меня из головы, и все тут! Хоть башкой об стену долбись, честное слово!

Мысли в мгновение ока перенесли Дмитрия на несколько часов назад. В тесную квартирку, где на него своими бездонными глазами взирала рыжеволосая девушка, облаченная в одно лишь полотенце. Кровь закипела в венах и, повинуясь инстинкту, устремилась к области паха.

— Черт! — ругнулся он сквозь зубы, подавляя в себе внезапно вспыхнувшее желание.

— Что делать будешь?

— Кто ж его знает?.. Для начала дам ей недельку форы. Сам за это время дела кое-какие разгребу, а то из рук все валится. А потом займусь девчонкой вплотную.

Пашка искренне удивился:

— Зачем?

— Туго соображаешь, дружище. Завязывай-ка с бухлом, пока не поздно.

— Можно же было просто ответить, лекарь хренов!

— Я хочу эту девочку. Хочу!

— Да что ж ты как бульдозер! Прешь напролом... Так нельзя!

— Слушай сюда, Паша, — непонятно из-за чего рассвирепел Дмитрий, — если мне просто понравится чья-то жопа, то не пройдет и двух часов, как ее обладательница будет искусно скакать на моем члене! А Лиза... Проблема в том, что Лиза нравится мне вся. От макушки до кончиков пальцев. И я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не наброситься на нее!

— Похомов, ты рехнулся? Угомонись уже. Эту девушку нужно оставить в покое!

Дмитрий упрямо замотал головой:

— Нет. Билет в мою постель ей был прописан, едва она появилась в клубе.