"Это... часть серии, которую заказал мой отец", - рискнула прервать Орсена затянувшееся молчание. "Великие битвы" - так он их называл. Это были одни из первых работ, которые он поручил Темезии создать, и те немногие, которые он с радостью выставил на обозрение остальным жителям Эксултии. Именно благодаря им Управляющий Совет поручил Темезии высечь Первое Проклятие - памятник, который теперь занимает почетное место на Большой площади Коры Эксултия. Отец взял на себя большую часть расходов, полагаю, чтобы разжечь зависть своих коллег по Эксултии, и, надо сказать, с большим успехом. Разумеется, переманить Темезию из его рук было бы незаконно, но у него были достоверные сведения, что некоторые из них замышляли отравить ее. В результате ее почти никогда не оставляли без охраны, что сделало ее исчезновение еще более загадочным".

Гайм втянул воздух в легкие и снова открыл глаза, поворачиваясь лицом к Ультрии, которая предусмотрительно отодвинулась, чтобы ему не пришлось снова смотреть на картину. "Вы подозреваете другого Эксултия в организации его убийства, - сказал он. Голос его был хриплым, и он сглотнул, прежде чем продолжить. "Ревность к искусству кажется мелочным мотивом".

Из-под ее маски вырвался еще один смех, на этот раз более искренний. "В таком случае, Ваше Высочество, мне ясно, что у вас мало опыта общения с моей кастой". Она повернулась и направилась к мраморному постаменту с плоской вершиной в нескольких ярдах от него. Он возвышался на два фута, его поверхность, оттенка аквамарина с пурпурными прожилками, была испещрена обширными коричневыми полосами, как и пол вокруг.

"Здесь был найден отец, - сказала Орсена, указывая на постамент и кивая Лукарни. "По совету Следователя Магистрата я не стала его чистить. Он может сообщить необходимые ужасные подробности".

Лукарни поклонился и подошел к постаменту, вытянув обе руки, чтобы провести диагональную линию по его поверхности. "Тело Ультрия было помещено на постамент таким образом, - сказал он. "У него было несколько глубоких порезов на лице и руках, но смертельный удар состоял всего лишь из одной ножевой раны в грудь."

"Оружие?" поинтересовался Гайм.

"Нигде не нашли", - ответил Лукарни. "При осмотре тела лучшим врачом Атерии было обнаружено изогнутое лезвие длиной не менее двенадцати дюймов". Выпрямившись, он указал жестом на бурые пятна на полу, которые простирались до основания ближайшей статуи - безликой бронзовой женщины в плаще, руки которой были подняты к потолку, словно моля о божественном избавлении. "Как видите, - продолжал судья, - убийца оставил след, но он короткий. Полагаю, он остановился, чтобы вытереть обувь, прежде чем скрыться".

"Какая статуя стояла здесь?" спросил Лексий, вглядываясь в покрытый пятнами постамент.

"Он пустовал с тех пор, как его доставили в галерею", - ответила Орсена. "Он должен была стать пьедесталом для моей собственной статуи, когда Темезия завершила бы ее". Она пожала стройными плечами. "У меня извращенная фантазия оставить его пустым без объяснения причин, тем самым создав загадку, над которой ученые будут размышлять в грядущие века".

"Время смерти вашего отца установлено?" спросил Гайм.

"Отец имел обыкновение осматривать эту галерею по вечерам. Изгоняя из этого крыла всех слуг, он мог наслаждаться работами Темезии наедине. Иногда он мог бродить среди них до утра. В ту ночь, о которой идет речь, промежуток между последним его появлением и обнаружением тела составил восемь часов".

"Итак, можно сказать, что наш убийца знаком с распорядком дня Ультрия", - размышлял Лексий. "У вас есть какие-нибудь предположения о том, как убийца проник внутрь? Или выбрался?"

Ультрия покачала головой. "Все двери и окна были запечатаны, а охрана выставлена в соответствии с распорядком дня".

Лексий начал задавать другой вопрос, но Гайм поймал его взгляд и слегка покачал головой.

"Теперь я понимаю, какой помощи вы от нас требуете", - обратился он к Орсене. "Вы полагаете, что мы найдем убийцу вашего отца, поскольку эта задача оказалась не по силам Магистрату Лукарни".

Лукарни слегка напрягся, но промолчал в знак уважения к ответу Ультрии. "Я удовлетворена тем, что Магистрат Лукарни исчерпал все возможные пути, открытые перед ним", - сказала она. "Однако это преступление явно дело рук кого-то, обладающего неестественными способностями. Кто может выследить его лучше, чем носитель проклятого демоном клинка?" Она наклонила голову к Лексию и Искателю. "И его удивительно умелые спутники, конечно же".

"Вы ожидаете, что мы будем оказывать услуги без оплаты?" спросил Гайм, вызвав удивленный вздох Ультрии.

"Конечно, нет. Я знаю, зачем вы сюда пришли. Одним из самых ценных наследств отца была очень хорошо информированная сеть шпионов и осведомителей. О вашем паломничестве в Проклятие и последующих приключениях в Картуле было доложено ему, а значит, и мне. Вы прибыли сюда в поисках Семи Мечей".

Она замолчала, в очередной раз продемонстрировав глубокое понимание бизнеса, заставив его сформулировать сделку, которую они собирались заключить.

"Мы найдем убийцу, а вы отдадите нам меч?" В голосе Гайма слышалось сдержанное раздражение.