"Ценности?" предположил Ансельм. "Ограбление могил - обычное занятие для моих крестьян. Не представляю, почему местные жители могут быть другими".

Гэлвин покачал головой. "Я бы поспорил на хорошую сумму, что этот человек умер в бедности, милорд."

"Богатый или бедный, он все равно молчит". Ансельм поморщился и крепче сжал поводья. "Отец Лотар не захочет оставлять его гнить под открытым небом. Верните его в землю, чтобы можно было провести обряд, и поехали. По моим расчетам, до замка еще два дня пути".

Прежде чем ускакать, рыцарь бросил взгляд на Гайма, словно ожидая критики или протеста. Получив лишь безразличный взгляд, он кивнул и пришпорил своего боевого коня, пустив его в галоп.

"Возможно, было бы лучше провести некоторое время, осматривая местность, - сказал Гэлвин, провожая взглядом лошадь своего лорда, а затем снова поворачиваясь к Гайму. "Здесь что-то неладное".

"Конечно", - согласился Гайм. Инстинкты оруженосца были верны, но это также повлекло бы за собой задержку в достижении замка. С начала похода карта Картографа упорно оставалась неизменной, если не считать уродливой кляксы у озера. В последнее время она стала постепенно расширяться, пульсируя. Гайм пришел к выводу, что то, что ожидает их в конце этого похода, с каждым днем набирает силу. Он также не сомневался, что оно связано с этим стариком и его пустой могилой.

"И все же, - добавил он Гэлвину, - было бы лучше возвести прочные стены между нами и дикими землями, прежде чем приступать к дальнейшим исследованиям. Всегда лучше позаботиться о собственной защите, прежде чем посылать разведчиков".

Галвин нахмурил брови, но кивнул в знак согласия, а затем повернулся к деревне и, приложив ладони рупором ко рту, скомандовал солдатам прийти и забрать этого бедного старого ублюдка обратно в могилу.

На следующий день они нашли еще несколько тел. По мере приближения к замку Блэкфайр равнинный ландшафт сменился холмистыми возвышенностями, которые закрывали большую часть местности впереди. Кроме того, к полудню постоянный моросящий дождь предыдущих дней превратился в сильный ливень, так что сэр Ансельм не заметил вереницы трупов, пока копыто его лошади не размозжило череп одному из них, лежавшему прямо у него на пути. Его резкий тревожный крик заставил Гэлвина отдать приказ роте занять круговую оборону, повозки сгрудились вместе, в то время как латники образовали плотный периметр, направив оружие под дождь.

Гайм обнаружил, что Ансельм спешился и разглядывает тело девушки, которой было не больше пятнадцати лет. Неподалеку его боевой конь, выпуская пар из ноздрей, скреб землю покрытым запекшейся кровью копытом.

"Она просто... лежала там", - сказал Ансельм, внезапно показавшийся намного моложе, с бледным лицом и широко раскрытыми глазами, моргавшими от дождя. "Я не мог видеть..."

"Она мертва уже несколько дней", - сказала Ищейка, кивая на покрытые пятнами руки девушки. Она была одета в простую, добротную одежду, которую обычно носят крестьянские женщины во время работы на полях. Однако насилие, унесшее ее жизнь, было заметно по разорванной ткани рукавов и лифа, по почерневшей от трупных ран плоти.

"Это следы укусов?" спросил Гайм у Ищейки.

"Зубы и когти", - ответила та, бегло осмотрев тело. "Эту не забрало стареющее сердце".

"Что за зверь это делает?" задался вопросом Ансельм. Гайм заметил, как его руки стиснули поводья с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Для человека, который часто бывал на войне, вид насильственной смерти, казалось, привел его в странное замешательство.

На лице Ищейки отразилось нехарактерное для нее недоумение, когда она поднялась от трупа. "Следы незнакомы. Я видела людей, которых бешеные обезьяны царапали подобным образом, но это не то".

"Еще один здесь!" Крикнул Лорвет с расстояния в дюжину ярдов справа от них, его очертания были размыты из-за дождя. Двинувшись к нему, они обнаружили, что его ужасная находка состоит из юноши с мальчишескими чертами лица, также одетого в крестьянскую рабочую одежду. Его лицо не пострадало, но торс был изувечен еще больше, чем у девушки: ткань и плоть были разодраны с такой жестокостью, что обнажилась большая часть грудной клетки.

"Ваша милость, - тихо произнес Лорвет, кивнув на третью неподвижную фигуру в нескольких шагах от него.

Гайм потянулся через плечо, чтобы вытащить меч. "Иди направо", - сказал он друиду. "Лексий, Ищейка, идите с ним. Не более сотни шагов, затем возвращайся сюда. Ультрия, Ваша Светлость". Он кивнул Ансельму и указал на затянутый дымкой склон слева от дороги. "Не желаете ли присоединиться ко мне?"

Пройдя сотню шагов, мы обнаружили в общей сложности шестнадцать тел, все они, по-видимому, лежали широкой дугообразной линией. Каждый труп был изувечен одинаково, и находился на одинаковой стадии разложения. Прищурившись, сквозь завесу дождя, Гайм разглядел еще несколько трупов, уходящих вдаль в мрачной процессии, которой, казалось, не будет конца.