В груди такой круговорот. Айсберг тает от пламени, разгорающемся с каждой новой встречей с Инной.

Это ненависть? Обида? Раздражение? Злость?

Но почему тогда я не испытываю негатива? Почему мне не плохо от этого? Наоборот, я хочу снова и снова испытать это.

Это ненормально…

— Можно? — короткий стук в дверь и в кабинет заглядывает мой давний знакомый и клиент Игнат, которого я не видел примерно столько же, сколько и Инну…

Увидев меня, уверенно заходит.

Я встаю и иду ему навстречу. Протягиваю руку. Крепко пожимаем, здороваясь. И даже приобнимаемся, хлопая друг друга по плечу.

— Игнат? Ты? Вот это встреча! Ты как тут? Вообще… не ожидал… — признаюсь я, так и держа друга за руку и разглядывая.

Он тоже часть событий прошлого… нашего с Инной прошлого…

— А я думаю, здесь ты или куда выше пошёл? Уже и не надеялся! — улыбается всё так же сурово Игнат.

— Садись, — провожаю его к креслу и сам сажусь напротив. — Вот это встреча! Призраки прошлого все возвращаются! — хмыкаю.

Игнат непонимающе хмурится.

— Да это я о своём! — машу чуть рукой. — Ты давно вернулся? Как вообще? По делам или?...

— Или, — коротко бросает он. — Ну, и бизнес тут у меня теперь будет.

— Вот как?

— Да, — кивает он. — Как ты? Смотрю, вырос до таких высот, — оглядывает кабинет. — Как жена? Ребёнок?

Хмурюсь, опуская взгляд в пол. Когда мы в последний раз виделись с Игнатом, то я был ещё женат, да. Но сын?! Быстро вскидываю на него взгляд.

— Откуда ты про ребёнка знаешь? — строго смотрю на него.

— Ну, вроде как, Инна беременна же была? Нет? Или…

— Откуда ты знал?

— Так… я её встретил в твоей приёмной… ну, тогда… она такая радостная была… а в руках — бумажка эта… — он чуть хмурится и словно задумывается. Но через секунду снова смотрит на меня с любопытством. — Погоди, что-то случилось?! С ребёнком?! Игорь? Инна как?

— Да нормально всё с Инной! — срываюсь я. — И с сыном всё нормально.

Произношу это, а у самого мысли скачут.

Инна.

Приёмная.

Бумажка… тест, что ли?

Когда это было? Почему она не показала? Или это было тогда, когда…

Со всей силы ударяю кулаком о подлокотник кресла. Но не хочу Игнату показывать всю свою боль. Я сам с ней справлюсь.

Сам.

— Мы развелись с Инной, — говорю сухо, выпрямляясь и снова надевая маску равнодушия. — Это всё в прошлом. Сейчас у меня есть сын и только это имеет значение.

— Развелись? Хм. Ну, не знаю, поздравлять или сочувствовать. В любом случае, вам, конечно, виднее, — произносит Игнат. — А ведь я по делу…

Внимательно смотрю на него.

— Мне одно дело предлагают тут, Игорь… Наш старый знакомый… Эдуард. Помнишь такого?

Не подаю вида, что у самого всё вспыхивает в груди от этого имени. «Помнишь?» И хотел бы забыть, да не получится. Слишком заметно наследил этот урод в моей жизни.

— Я хотел бы, чтобы ты помог мне на сделке. Ну и документы глянул, — добавляет Игнат. — Вроде, всё чисто там, но, знаешь… какое-то ощущение не оставляет. Предчувствие, что ли… В общем мне спокойнее будет, если ты глянешь.

— Хорошо, Игнат, — отвечаю я. — Я попрошу своих посмотреть, что там. Есть у меня один спец по таким делам…

— Нет, Игорь, — мотает головой Игнат, нахмурившись. — Я хотел бы, чтобы ты… лично. Мне так спокойнее будет.

Я всегда старался не смешивать личное с рабочим. Вот и здесь не вижу оснований отказать приятелю. Эдуард в прошлом.

Поэтому мы с Игнатом жмём руки, подтверждая сделку.

Игнат уходит. Время уже обед и я еду к Дмитрию. Мы с ним договаривались кое-что обсудить в ресторане.

Он уже на месте. Я тоже делаю заказ.

— Как Инна? — звучит неожиданно вопрос друга.

Хмуро смотрю на него исподлобья.

— Почему ты всё время о ней спрашиваешь?!

— Ну, вы теперь снова вместе… работаете, я имею в виду, — улыбается Дима. — Может…

— Не может! — осекаю его сразу. — Как Инна, ты спрашиваешь? Моя бывшая скрыла от меня ребёнка! Я пять лет не знал, что у меня, оказывается, есть сын! И она так и не сказала бы! Уволилась бы и не сказала мне! Я случайно узнал! Как Инна?! Инна как была обманщицей, так ей и осталась!

Я произношу это всё на эмоциях. Слишком громко для ресторана, поэтому некоторые посетители с интересом оборачиваются и смотрят на нас.

Плевать.

Отбрасываю вгорячах салфетку.

Опять всё вскипает. Опять мой айсберг тает со стремительной скоростью.

— Фух! — неожиданно выдыхает облегчённо Дима. — Ну, значит, ты уже знаешь! Прямо гора с плеч!

Круглыми глазами таращусь на него.

— В смысле? Ты о чём? Ты что?! Тоже знал?! — стискиваю зубы.

— Воу-воу! Спокойнее! Я не узнаю своего друга хладнокровного Горского! — ржёт Дима. — Ты прямо горишь!

— Дим, — цежу сквозь зубы. — Просто скажи. Ты знал?!