— Она всё ещё не говорит с тобой? — Острая боль пронзает мою грудь от его вопроса, и я качаю головой. Пепельный Творец не сказала мне ни слова с той ночи, когда Дуглас застрелил Джаспера, а я убила его в слепой ярости. Сначала меня облегчила тишина, мне нужно было время, чтобы осознать случившееся и то, что я убила невиновного человека. Нет, не просто человека, а коллегу-полицейского, который делал только то, что было правильно, и думал, что защищает другого агента от двух убийц.

Затем тишина переросла из дней в недели, пока шло расследование смерти Дугласа. Она всё ещё не говорила со мной, но я чувствовала её эмоции и отчаяние, в которое она впала от того, что мы убили его, человека, который никому не причинил вреда и всегда пытался помочь жертвам. Сожаление — это сильная вещь, и пока я справлялась с опустошением и осознанием того, что я сделала, и пыталась избежать тюрьмы, она пряталась глубоко внутри нас, зарываясь, пока не стала почти неуловимой.

У Ксавьера есть теория, что после того, как жажда крови прошла, она не смогла справиться с последствиями наших действий и с тем, как они противоречили всему, во что она свято верила. Она причиняла боль только монстрам, а бедный Дуглас был просто растерянным, рьяным молодым человеком, пытающимся сделать всё возможное и продвинуться по карьерной лестнице в бюро. Тишина, которую я когда-то считала благословением, теперь стала постоянной, болезненной раной, которая, кажется, не заживает. Правда в том, что я скучаю по ней, даже по её безумию и ярости. Словно я опустошена и дезориентирована.

— Дай ей время, она одумается, Скарлетт. Она не может молчать вечно, к тому же мы теперь в безопасности, и когда она это осознает, всё изменится. — Он проводит носом по середине моей груди, пока не достигает того места, которое заставляет меня таять, где встречаются шея и ключица, и использует зубы. Я не спорю с ним, но я не уверена, что он прав. На самом деле она может молчать вечно. Она была со мной большую часть моей жизни, и я даже не знала, что она там. Это пугает меня больше всего: что наши действия сломали то, что от неё осталось.

Что касается безопасности, то да, пока мы в безопасности, или настолько, насколько могут быть в безопасности два серийных убийцы, которым сошло с рук множество убийств. Нам удалось вывернуть всё случившееся против пока ещё неизвестного Пепельного Творца. Ксавьер и я солгали, что последовали за наводкой о том, что Пепельный Творец охотится на Жака Сен-Клера, чтобы восстановить справедливость от имени женщин, которых он убил.

Когда мы прибыли на место, он уже расчленил и пытал Жака, а затем взял нас в заложники под дулом пистолета, угрожая Молли Хантингтон, бедной женщине, которую Жак одурманил и похитил. В итоге она подтвердила нашу историю о том, что её схватили и связали, пока всё происходило. Джаспер и Дуглас прибыли как подкрепление, как два белых рыцаря, и в последовавшей перестрелке оба были ранены, и, конечно же, Пепельному Творцу удалось сбежать.

Слава богу, Ксавьер смог удалённо удалить все наши цифровые следы, включая всё, что было на телефоне и ноутбуке Джаспера. Именно так Дуглас нашёл нас в первую очередь. Джаспер оставил свой ноутбук незащищённым, и Дуглас порылся в его файлах, быстро поняв, что я — убийца, и отследил телефон Джаспера через приложение бюро. Можно сказать, он использовал методы Джаспера против него самого. Это была бы забавная ситуация, если бы она не была такой печальной и трагической.

Оставалось только подбросить улики, чтобы подтвердить наши версии, пока мы вызывали подмогу и отчаянно пытались остановить кровотечение Джаспера. Слепая ярость, которую я чувствовала, была не похожа ни на что, что я испытывала раньше. На самом деле, я не уверена, что я вообще что-то делала. Я была в таком роботизированном тумане, и большую часть всего взял на себя Ксавьер. Включая нанесение ран себе и мне, чтобы создать видимость, что нас обоих атаковал Пепельный Творец.

Возможно, из-за того, что в лесу были разбросаны мёртвые тела женщин, истеричная молодая женщина, которую одурманили и похитили, мёртвый богатый серийный убийца и один всё ещё на свободе. Не говоря уже о трёх агентах ФБР, раненых или мёртвых, и избитом журналисте, но директор Шоу и его начальство купились на ту херню, которую мы продавали. Если не ради чего иного, то чтобы справиться с кошмаром для прессы, который это вызвало. Пока что, кроме того, что Пепельный Творец всё ещё в розыске, ничего больше не произошло, и это дало нам столь необходимую передышку.

Я сменила должность в бюро. Теперь я работаю только с нераскрытыми делами, вместо того чтобы активно профилировать и преследовать серийных убийц. Это помогло мне сосредоточиться и также дало Ксавьеру и мне больше времени, чтобы помогать жертвам, о которых забыли. Без отчаянной потребности Пепельного Творца охотиться и убивать злых мужчин, я на самом деле обнаруживаю, что снова люблю свою работу. Однако это никогда не помешает мне быть благодарной за все те годы, когда она защищала меня ценой своего рассудка.