Я всё ещё повторяю это про себя, словно мантру, когда мой мобильный вибрирует.

На этот раз я узнаю номер. Пульс подскакивает.

— Алло?

— Привет, — голос Авангарда хриплый, будто он не спал. Будто провёл всю ночь, думая о…

— Привет, — отвечаю я, стараясь говорить нейтрально, но мой голос звучит чуть ли не задыхающимся.

Пауза.

— Я вернулся за тобой прошлой ночью. Тебя уже не было, — говорит он.

— А, да. Я сама спустилась, — стараюсь говорить легко, небрежно, будто ничего особенного. — Там какие-то люди устроили вечеринку наверху. Я спустилась на лифте.

— Я искал тебя. У твоего отеля.

Ого.

Я представляю, как он парит возле моего окна, ищет меня. Эта мысль должна бы пугать, но вместо этого у меня сжимаются бёдра.

Меня сталкерит супергерой? Да я только за.

— Я вернулась поздно, — говорю я, и это не ложь. — Мы просто разминулись, — меньше всего ему нужно знать, куда я отправилась потом. Думаю, мне стоит быть осторожнее.

Ещё одна пауза, на этот раз более тяжёлая. Я слышу его дыхание, почти ощущаю вес всего невысказанного, давящего сквозь телефон.

— Мия, — теперь его голос мягче, осторожнее. — На счёт прошлой ночи…

— Нам не обязательно это обсуждать.

— Думаю, нужно.

— Я правда считаю, что не нужно, — я закрываю глаза, собираясь с силами. «Профессионально. Холодно. Как агент». — Был момент, да. Не нужно делать из этого что-то большее.

Молчание затягивается настолько, что я проверяю индикатор сигнала — не оборвался ли звонок.

— Это то, чего ты хочешь? — наконец спрашивает он, и в его голосе звучит что-то уязвимое, от чего у меня сжимается сердце. — Чтобы это не стало чем-то большим?

Нет. Боже, нет. Я хочу, чтобы это стало всем. Хочу, чтобы ты влетел в моё окно и закончил то, что мы начали. Хочу снова почувствовать твои руки на себе, потому что никто и никогда не касался меня так, и я в ужасе, что проведу остаток жизни в погоне за этим ощущением…

— Думаю, так будет лучше, — вместо этого отвечаю я. — Для материала. Для нас обоих.

— Понятно, — его голос становится холодным, отстранённым. Словно захлопнулась дверь. — Для материала.

Обреченность этих слов причиняет боль.

— Кстати, — продолжаю я, — мне только что позвонила Джулия. Пригласила на экскурсию по «Глобал Динамикс». В одиннадцать.

— Что? — резко переспрашивает он. — Зачем?

— Сказала, что хочет дать мне контент для статьи. Показать, к чему на самом деле вы стремитесь, — уточняю я. — Под «вы» я имею в виду компанию.

— Не думаю, что это хорошая идея.

Я хмурюсь.

— Почему? Это как раз тот доступ, который мне нужен для статьи.

— Потому что Джулия не водит экскурсии, — его голос напряжён. — Она не раздаёт личные приглашения журналистам по внезапной прихоти. Если она обратилась к тебе напрямую, значит, ей что-то нужно или она пытается что-то выяснить.

— Она хочет, чтобы я увидела то, что она хочет мне показать. Хочет убедиться, что я напишу что-нибудь лестное.

— Джулию не волнует лестная пресса. Её волнует контроль, — он делает паузу. — Приходи лучше ко мне. Мы можем продолжить интервью у меня. Я отвечу на любые твои вопросы. Любые. У тебя будет полный доступ ко мне.

Предложение повисает между нами — манящее и пугающее. Его пентхаус. Наедине. После того, что случилось прошлой ночью?

И полный доступ к нему?

Я точно понимаю, что это значит.

— Авангард, я не могу, — говорю я, намеренно используя его прозвище. — Мне нужно всё делать по правилам. Если я сейчас приду к тебе…

— Ты боишься, — тихо говорит он. — Меня?

— Я боюсь себя. Боюсь усложнить ситуацию, когда этого нельзя делать. Не сейчас, когда у меня есть работа.

— Работа…

— Мне нужно провести интервью с Джулией, — настаиваю я. — Это важно для статьи. Для полной картины. Ты ведь можешь это понять?

Он что-то бурчит в ответ.

— Я позвоню тебе после, — обещаю я. — Может, договоримся о встрече завтра, где-нибудь в профессиональной обстановке.

— Профессиональной, — он горько смеётся. Затем вздыхает, и я почти слышу, как он проводит рукой по лицу. — Ладно. Хорошо. Иди на встречу с Джулией. Получи свою экскурсию. Но отнесись ко всему с долей скепсиса, — пауза. — Мия, будь с ней осторожна. Она не такая, какой кажется.

— Хочешь сказать, она ещё хуже?

Ещё один смешок, на этот раз полный скрытого смысла.

— Ты даже не представляешь. Просто… не верь всему, что она тебе говорит.

Я завершаю звонок и сажусь на край кровати, сжимая телефон в руке. Сердце колотится, мысли спутались. Часть меня хочет перезвонить ему, сказать, что я передумала, что приеду в его пентхаус и позволю ему сделать всё то, на что намекал его голос.

Но я не могу. Потому что Кэт была права. Я уже падаю, и если скоро не дёрну за кольцо парашюта, я разобьюсь. А когда это случится, я утащу за собой всё.

«Профессионально. Холодно. Как агент».