— Всё это звучит просто замечательно, чернокнижник Стоун, — ровным тоном произносит она, — вот только эти руины находятся вовсе не в Соль.

Мои запястья прошивает фантомная боль от застарелых ожогов. Я судорожно пытаюсь ухватиться рукой хоть за что-нибудь, чтобы удержаться на ногах, потому что я знаю… я слишком хорошо знаю, что она скажет дальше. Я боялась этого с самого начала. И как только эти слова будут произнесены… всё будет кончено. Пути назад не будет. Весь этот карточный домик рухнет, погребая нас под обломками, и я ничего не смогу сделать, чтобы это остановить. Я наконец через силу поднимаю взгляд на принцессу, безмолвно умоляя её замолчать, но она меня не замечает.

— Королева Эмилия отправила Васильева в экспедицию через Силь, — объясняет Амайя. — И если эти руины действительно принадлежат Абиссису, то они покоятся на самом дне места, которое он назвал желобом Сцелератус.

ГЛАВА 29

ЗЕФИРА

Оказавшись в безопасности и относительном уединении — забившись в какой-то случайный закоулок на жилой палубе внизу, — я даю волю тошноте в пустое ведро.

Амайя согласилась помочь. Она предоставила нам проход. Она везёт нас на своём летучем корабле прямо к желобу Сцелератус. Я цепляюсь за покосившееся ведро, сжимая сталь бледными пальцами и ещё более бледными ладонями. Меня снова выворачивает. Кислота. Желчь. Страх. Я больше не могу держать это в себе. Мои шрамы раскрылись, и теперь они сочатся. Я сама сочусь слезами. Восемь лет. Восемь лет он держал меня в плену. Издевался надо мной. Пытал меня. Наверное, за это время я должна была стать сильнее. Отрастить толстую кожу. Закалить характер. Но я не смогла. И из-за этого чувствую себя слабой. Жалкой. Я ничего не вижу сквозь жгучие слёзы. Они текут по моим щекам, капают в ведро вместе с рвотой, и соленая вода призывает мой хвост. Мне плевать на это. Мне плевать на всё, кроме этих острых тисков вокруг моего сердца. Оно сжато чьей-то безжалостной хваткой.

Запах меди теперь окутывает нас, словно свежепролитая кровь, и шевелит мои розовые волосы. Но я не дрожу и не уплываю прочь.

«Я спасу твоего возлюбленного, но только за определённую цену».

Сказки твердят об этом. Они говорят, что могущественная магия требует великих жертв. Мне плевать, какова цена, — я заплачу. Ради Джасина я её заплачу.

«Чего ты хочешь?»

«О, это довольно просто, — Верховный Колдун Четырёх Морей улыбается. — Я хочу твою душу, Зефира из Силь. Я хочу тебя».

Нет. Богиня, нет.

Я сбежала. Я сбежала и никогда — я никогда не должна была возвращаться.

Дверь позади меня на секунду открывается, а затем тихо щёлкает, закрываясь. Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто это. Серебряный шнур затягивается вокруг моего горла, пока я едва не задыхаюсь от давления. От тревоги, пульсирующей сквозь нашу связь. Позади меня что-то меняется. Что-то, похожее на тепло, мышцы и напряжение.

— В чём дело? — Арион осторожно кладёт ладонь мне на спину. Судя по звуку, он садится на корточки. Его крылья задевают мои плечи — нежные прикосновения, живущие словно своей собственной жизнью. — Что происходит, Зефира?

Я не нахожу в себе сил оттолкнуть его или его крылья. Я вообще не могу пошевелиться.

— Н-ничего.

— Это ложь, — просто говорит он. Без обвинения, как констатация факта. Но как мне на это ответить? Секреты яростно бурлят в моём желудке. Он и так ненавидит меня за то, что я русалка. Зачем давать ему ещё один повод?

Он садится рядом. И не убирает руку с моей спины. Вместо этого он начинает нежно водить ладонью, описывая круги. Вверх по позвоночнику. Вниз. Я кошусь на него боковым зрением, ожидая, что он поморщится от отвращения, когда его рука случайно коснётся моей чешуи.

Но он не морщится.

И ничего не говорит. Он просто… сидит. Тишина тяжёлым грузом повисает над нами, прерываемая лишь скрипом рядов гамаков, которые шуршат и раскачиваются при каждом резком повороте корабля. Никто из нас не двигается. Проходит час. Я мысленно отсчитываю каждую секунду. Надеюсь и молюсь, чтобы нашёлся другой путь. Другой вариант. Но его, конечно же, нет.

Мы держим курс строго к желобу.

Мы летим прямо в лапы к колдуну.

— Тебя больше не тошнит? — тихо спрашивает Арион, и его голос в этой тишине кажется более хриплым. Я трепетно киваю, и он забирает ведро из моих дрожащих рук. Мне отчаянно нужно за что-то уцепиться, вонзить во что-то ногти, поэтому я упираюсь ладонями в пол. Впиваюсь пальцами в дерево. — Одну секунду, — говорит Арион. И действительно, ему требуется всего секунда, чтобы очистить ведро и меня саму с помощью своей магии. Отвратительный вкус желчи исчезает с моего языка. Запах болезни внезапно сменяется сладким ароматом клубники.

— Ты не должен тратить на это силы, — шепчу я. — Не на меня.