— Смерть быстра, но Бездна — нет. Сражайся, милое дитя. Сражайся и побеждай. Принеси славу нашему роду.

Гавриал решительно шагает прямо к черепу и бесцеремонно разворачивает его лицом к стене, едва успевая убрать пальцы от клацнувших зубов.

— Юноша, — оскорблённо доносится от стены, — умри, умри, умри.

— Это даже не рифма! — Гавриал сгребает со стола горсть сокровищ, принудительно перетягивая внимание принцессы на себя. Я понимаю, что он тянет время, пытаясь дать мне возможность прикончить её без лишнего шума, пока он не произносит: — Королевство Темпест славится своими неисчислимыми ресурсами. Это ведь так?

Он хватает монету, вторую, третью, ловко перебирая их между пальцами с ловкостью заправского шулера.

— У вас тонны золота, серебра, бронзы, драгоценных камней, кристаллов и минералов. Верно? — Он бросает взгляд на принцессу, вопросительно выгибая бровь и бросая ей вызов доказать обратное. — Вот только есть одна неувязочка: Темпест — крошечный континент, размером примерно с побережье и столицу Мортии. И он пустовал целую сотню лет после Разлома. Именно по этой причине вы заключили торговое соглашение с Мортией. Они поставляли вам продовольствие и товары, которые вы сами произвести просто не способны.

Амайя делает мягкий, кошачий шаг вперёд. Она выставляет свои кинжалы-когти, точно дикая пантера перед броском:

— Кто ты такой? Я хочу знать твоё имя перед тем, как выпущу твои кишки.

— Я вижу, от кого вы унаследовали ваше женское очарование, — Гавриал неопределенно кивает в сторону отвернутого черепа, — но я вас не оскорбляю. Я взываю к вашему разуму.

— У тебя харизма дверной ручки, — отрезает Амайя.

Гавриал делает шаг назад, не отрывая взгляда от молний, продолжающих искрить в её глазах:

— Возможно. Но я при этом чертовски прав. Темпест разорвал соглашение с Мортией в тот самый день, когда попытался втайне прибрать к рукам прибрежный дворец. В день, когда один конкретный чернокнижник… ликвидировал угрозу.

— Убил моих людей, — рычит Амайя.

Я делаю шаг, вставая между ними, так как наконец улавливаю мысль Гавриала.

— Казны Темпеста пусты. — Мой взгляд намертво приковывает её к месту. — Вы здесь не на королевском курорте в облаках. Вы охотитесь за сокровищами.

— Именно, — Гавриал дергает руками, пытаясь ослабить канат на запястьях. — Они обычные мародёры и искатели кладов, ведомые полубожественной охотницей. Он косится на меня краем глаза: — И вообще, мог бы дать мне закончить мысль. Я первый до этого додумался.

Я раздражённо смотрю на затянутый тучами потолок:

— А я первый догадался, что она — принцесса.

— А я первый проснулся, — парирует он. Затем делает паузу, принюхивается и поспешно отводит взгляд, когда я ловлю его на слове. — Я просто хотел немного обняться, ладно?

Пол каюты содрогается от мощного удара грома — в котором смешались и ярость Амайи, и моя собственная сила. Наши эмоции сталкиваются, и воздух мгновенно начинает пахнуть гарью и ржавчиной. Принцесса пристально вглядывается в моё лицо, её ментальное давление тяжело оседает на плечах. Мне следовало бы пронзить её стеклянным мечом до того, как она успеет полоснуть меня по горлу. Это было бы разумно. По-солдатски. Однако она моргает, и молнии в её глазах внезапно гаснут.

Она с глухим стуком бросает свои клинки на стол.

— Я пленила вас не ради мести, чернокнижник Стоун. Мы выловили вас из воды после того, как получили весточку с другого корабля о бойне на Зелёных островах. Докладывали, что земля там иссушена, а люди мертвы. Из каждого выпита жизнь, конечности обглоданы, а внутренности разбросаны по пеплу. И что в самом центре этого побоища стоял крылатый чернокнижник. — Она убирает растрепавшиеся волосы от лица, закручивая их в тугой пучок и закалывая его шпилькой с павлиньим пером. — Это ведь твоих рук дело.

— Мы никого не убивали, — цежу я.

Я не собираюсь говорить ей про сердце. И не скажу.

Она ухмыляется, будто и так всё знает:

— Много лет назад Темпест отправил пехоту — шпионов — в Мортию, чтобы прочесать ваши горы. Ваши северные города абсолютно пусты, там нет ни единой живой души. Мои люди не могли понять, в чём дело… пока не копнули слишком глубоко и не наткнулись на жестокий культ. В живых остался только один, чтобы поведать мне об этом. Правда, уже без ноги, — добавляет она. — Культисты отгрызли её по самое колено. Так что резня на островах Люции — не совсем твоя вина, верно?

Она делает небольшую паузу, позволяя словам осесть в комнате.

— Я похитила вас не ради мести, чернокнижник Стоун. Я хочу помочь вам. То, что вы ищете, должно стоить чертовски дорого, раз за вами охотится и этот культ, и всё твоё гребаное королевство. Я просто предлагаю помочь вам заполучить это… и, возможно, разделить добычу. — Она вызывающе приподнимает подбородок, а в её глазах вспыхивает опасный, азартный огонёк. Она протягивает мне руку: — Ну так что скажешь, Стоун? Заключим наше собственное соглашение?