Когда она улыбается, её глаза превращаются в сверкающие полусолнца, а ресницы — в лучи чистой радости. На секунду я забываю, что делаю. Мои руки застывают на месте, и я не могу пошевелиться.

Её улыбка меркнет.

— Вы в порядке?

— Э-э, да, — я прочищаю горло и продолжаю работать. — Хотите рассказать мне, почему вам нужно быть грустной и злой?

— Мы уже почти в стиле Доктора Сьюза3, — иронизирует она. — Мне нужно злиться, чтобы не быть плохой, а когда мне грустно, я не так сильно злюсь. Раньше я обожала эту его дурацкую скороговорку…

— Лис в носках4.

— Да! Я нашла экземпляр в комиссионке и хранила его в своём тайнике, чтобы мама не… — её голос затихает, и в её глазах появляется гнетущая горечь. — Неважно.

Я вливаю ароматизатор в кофе, затем дважды провожу по нему рукой: один раз по часовой стрелке, а другой раз против часовой стрелки. Беру несколько крупинок розовой морской соли в ладонь и подношу их к губам, позволяя своему дыханию согреть их. Затем посыпаю ими кружку.

— Нигде, кроме Бухты Полумесяца, нельзя дышать на ингредиенты для чужих напитков, — говорит женщина.

— Верно, — я беру маленькую баночку с перцем чили и высыпаю несколько хлопьев. — Я не узнал вашего имени.

— Марлоу, — отвечает она.

— Марлоу, — мне нравится теплота её имени и то, как оно заставляет мой язык сжиматься во рту. — Я Рик. Сокращение от Маверик.

— Как «Топ Ган».

— Да. Мой папа был фанатом.

— Новый фильм был даже лучше старого, — говорит она.

— Ничто не сравнится с классикой, но он был неплох.

— Неплох? — она садится на табурет и кладёт обе руки на барную стойку, серьёзно глядя на меня. — Новый фильм развивался намного быстрее, диалоги были лучше, конфликт был более напряжённым, и всё было просто интереснее. Старый был таким медленным.

— А всё должно быть быстро?

— Да, — она внимательно смотрит на меня, на лбу появляются морщинки. — Лу делал это не так.

— Так подойдёт.

— Но это не то же самое, — она беспокойно ёрзает на табурете, затем снова встаёт. Словно её тело одержимо демоном вечного движения. — Мне нужно, чтобы это было максимально похоже, насколько это возможно сверхъестественным образом. Я думала, ты говорил, что знаешь, как Лу это делал.

— Да. Так лучше.

— Новое никогда не бывает лучше.

— Может быть, если дать ему шанс, — я закрываю кружку ладонью, затем медленно поднимаю руку. Шарик оранжевого огня на мгновение мелькает между поверхностью кофе и моей сложенной ладонью. Он не обжигает, лишь слегка пощипывает. Это знак того, что я успешно сварил зелье «Дикий глаз».

— А теперь шот «Грусти», — я достаю из шкафчика флакончик со слезами сирены и выдавливаю два из них в напиток. Немного зачарованных сливок, несколько капель мёда — и готово.

Любой человек мог бы смешать те же ингредиенты, что и я, но в итоге получилась бы просто странная смесь без какой-либо особой силы. Магия в руках того, кто её создаёт. Для создания эмоционального зелья нужны знания, определённая последовательность приготовления, определённые движения и количества, а также сильная доля намерения.

Я закрываю чашку крышкой.

— Ваш напиток, мисс Марлоу.

— Просто Марлоу. Марлоу Рейли, — она протягивает мне деньги за кофе.

Когда я бросаю сдачу ей в руку, я спрашиваю.

— А в Бухте Полумесяца живут келпи?

Её пальцы сжимают монеты. Она ставит чашку и кладёт сдачу в кошелёк, а затем убирает кошелёк в сумку.

— Келпи? Как собаки?

— Нет, водяные лошади. Те, что едят плоть.

— В Бухте Полумесяца келпи не живут. Они слишком опасны, чтобы обитать в черте города.

— А как насчёт окрестностей?

— Почему вы спрашиваете?

Я прикасаюсь к груди там, где прошлой ночью прекрасная чёрная лошадь прижалась мордой и пронзила её. Кожа теперь целая, но я всё ещё чувствую фантомную боль от этих белых клыков и запах тёплого дыхания на коже.

— У меня была встреча с двумя из них. Я собираюсь спросить об этом совет сегодня вечером, на собрании.

— Вам действительно не стоит этого делать.

— Почему нет?

— Поверьте мне, вам не стоит поднимать шум перед советом, особенно когда ты совсем недавно в городе. Меньше всего вам нужно, чтобы вас заклеймили как нарушителя спокойствия.

Ах да, мой старый знакомый титул. Она права — я не хочу иметь такую репутацию здесь.

— Но разве совету не следует знать о келпи? — спрашиваю я, — Они опасны. Они могут кого-нибудь убить. Так близко к Бухте Полумесяца, любые подобные убийства привлекут нежелательное внимание к городу.

— Где вы их встретили? — спрашивает она.

— На пруду Фуллера.

— Это не так уж близко. Я бы просто оставила это без внимания. Вы же живы, правда?

— Я был на волосок от смерти, — я снова касаюсь груди, и её взгляд следует за этим движением.