— Я думала, это изменит то, как все меня видят. Может быть, даже то, как я вижу себя. Но это не чувствуется так, как я себе представляла.

Я делаю дрожащий вдох.

— Эта корона не делает меня достаточно хорошей. Она только дала мне понять, что я уже была достаточно хороша. Я, возможно, не умею колдовать или превращаться в животное, но я могу превращать другие вещи — масло, муку, сахар, фрукты. Я превращаю их в утешение и празднование, в воспоминания, которые вы уносите домой. Это моя магия.

Аплодисменты прокатываются по сцене, когда я возвращаю микрофон миссис Абернати.

— Спасибо, — говорю я ей. — Но мне нужно кое-куда.

Я поднимаю юбку и спешно спускаюсь по ступенькам сцены.

— Куда ты? — кричит Джудит.

— Найти Макса.

— Иди и найди его, Королева Глазури!

Глава 10

— Макс!

Голос Лайлы разносится над фестивальной музыкой.

Я останавливаюсь у края набережной.

Она бежит ко мне сквозь толпу, одной рукой сжимая юбку, а другой придерживая тиару со стразами, лента Королевы Глазури мерцает у нее на груди.

Она красивая.

Вид ее причиняет боль.

— Ты победила? Когда я ушел, Кэнди…

— Джудит нашла записи с камер наблюдения за прошлую ночь. — Лайла замедляется, достигая меня, тяжело дыша. — Историческое общество записало магическую атаку Кэнди на колесе обозрения.

Мой лис рычит.

Улыбка Лайлы гаснет.

— Я искала тебя.

Неоново-розовый блокнот зажат у нее под мышкой, один вид которого скручивает мне желудок.

— Прости, что ушел. — Я провожу рукой по волосам. — Я просто… я не мог…

— Насчет того, что Кэнди показала тебе…

— Тебе не нужно объяснять.

— Нужно. Ты заслуживаешь моей честности.

Я не хочу ее. Не если это означает узнать, что каждый момент, который я прокручивал в голове с момента нашей встречи, значил для Лайлы что-то другое. Кроме того, ее план на самом деле пошел мне на пользу. Перед тем как отправиться на фестиваль, я подписал новый договор аренды с Джолин. Как бы сильно я ни хотел быть здесь с Лайлой, я хочу быть здесь для себя еще больше.

Она наша пара. Судьба. Мы найдем ее снова.

Я качаю головой.

— Все в порядке. Можем считать прошлую ночь тем, чем она была. — Я выдавливаю слова сквозь ком в горле. — Ошибкой.

— Магией.

Мы говорим одновременно.

Тишина падает между нами.

— Ты серьезно? — спрашиваем мы вместе.

Удивленный смех вырывается из нее, и я не могу не улыбнуться этому чудесному звуку.

Лайла подходит ближе.

— Прошлая ночь не была ошибкой.

— Я почти уверен, что это был просто пункт, который нужно было вычеркнуть из руководства по операции, которое ты создала, чтобы манипулировать мной.

Ее улыбка гаснет.

— Я написала это до того, как узнала тебя. Да, я принесла тебе тот торт, потому что хотела твоего голоса. И хотя каждая преднамеренная встреча была связана с конкурсом, не поэтому я продолжала это делать. — Она смотрит на блокнот. — Где-то по пути я перестала искать тебя, так как ты был судьей, и начала искать тебя, потому что видеть тебя — лучшая часть моего дня.

Мы можем доверять ей.

Можем ли?

— А прошлая ночь? Капкейки? — спрашиваю я.

— Бесстыдная попытка заманить тебя в мой дом.

Моя грудь сжимается.

— Но не потому, что я хотела корону.

— Почему же тогда?

Губы Лайлы изгибаются.

— Ты видел себя?

Смех прорывается сквозь последние остатки моей защиты.

Она делает еще шаг. Теперь нас разделяет едва ли фут.

— Макс, я никогда не была так благодарна за то, что врезалась лицом в торт, искупалась в воде из пункта гидратации и чуть не выпала из колеса обозрения.

Мой лис встает дыбом при последнем воспоминании.

— Это не смешно.

— Нет, — тихо говорит она. — Но ты был там. Каждая нелепая катастрофа приближала меня к тебе.

Ее пальцы скользят в мои, и я смотрю на наши соединенные руки.

— Что ты сделаешь с деньгами? — спрашиваю я.

— Я не уверена. Может быть, открою пекарню. Может быть, создам общую кухню для местных пекарей, которые не могут позволить себе собственное оборудование. — Она пожимает одним плечом. — Что бы я ни построила, я хочу построить это здесь.

С нами. Мой лис урчит. И с котом.

— Я думала, призовые деньги дадут мне способ выбраться из Бухты Полумесяца. Затем они надели на меня корону, и я поняла, что победа не преобразила меня. Я все та же человеческая женщина, какой всегда была. — Ее улыбка дрожит. — Мне не нужно убегать из этого города, чтобы стать кем-то новым. Мне нужно перестать верить, что другие решают, кто я.

Слеза скатывается по ее щеке, и я ловлю ее на теплой коже, прежде чем она успевает упасть.

У меня никогда не было шанса. Я принадлежал ей с того момента, как она ворвалась на мою дорожку с кривым тортом. Мой лис знал это тогда. Просто остальной части меня потребовалось чуть больше времени, чтобы понять.