Они отпускают его, и он отступает назад, сгибаясь и прижимая сломанные руки к груди. Дверь открывается сама собой, с другой стороны миссис Кальдерон, без сомнения слышавшая всё.

Он выбегает, дверь закрывается, я поправляю галстук и манжеты. Моё дыхание замедляется, я поднимаю глаза.

Джером и Винсент стоят неподвижно, глядя на меня.

— Надеюсь, всё было ясно, — говорю я.

Они слышали и могут сделать выводы сами. София дорога мне. Заставьте её плакать — я заставлю вас истекать кровью.

Джером кивает. — Да.

— Да, — добавляет Винсент.

Хорошо. Мы возвращаемся к чертежам, составляя список потенциальных доноров из выпускников для реконструкции.

—

— Определение морали варьируется по всему миру, — говорит Даллас своему классу. — В зависимости от повторяющихся социальных или культурных ожиданий в этом регионе, сообществе и т.д.

Я задерживаюсь снаружи, слушая. Мне было так трудно поверить, что он способен занимать эту должность, что мне пришлось подкрасться и послушать однажды днём в прошлом году, когда я приехал домой на долгие выходные. Я пробрался внутрь и встал позади. Он даже не знал, что я в городе, я думаю.

— В некоторых местах вы делитесь ресурсами. Вы помогаете друг другу, — продолжает он, его голос разносится по комнате, пока он двигается. — В других вы зарабатываете и сохраняете.

Но я уже не просто бывший ученик Мэримаунт. Я финансирую его должность. Я имею право наблюдать за ним, когда захочу.

Засунув руки в карманы, я захожу, глядя, как он поднимает голову. Не говоря ни слова, я прохожу в заднюю часть комнаты, замечая Софию, сидящую на подоконнике. Она улыбается мне, я подмигиваю ей.

Прислонившись к деревянной парте, я смотрю на затылки всех, пока Даллас напрягает челюсть.

— Какие моральные правила мы соблюдаем? — громко спрашивает он.

— Не красть? — объявляет один ученик.

За ним следуют другие. — Не убивать.

— Быть пунктуальным.

— Придерживать дверь для леди.

Раздаётся смех.

— Не использовать людей, — кричит другой.

Даллас кивает, соглашаясь с их ответами. За нарушение моральных правил обычно не сажают в тюрьму, но последствия всё равно могут быть. Как он хорошо узнаёт.

Даллас обходит стол передо мной, игнорируя мой взгляд. — Кто-нибудь когда-нибудь крал что-то и оставался безнаказанным? — спрашивает он.

Ученики переглядываются, пытаясь скрыть улыбки.

Когда никто не хочет признаваться, рука Далласа поднимается в воздух.

Медленно руки начинают подниматься, нерешительные дети признают, что они не ангелы.

— Стали бы мы красть больше, если бы знали, что последствий не будет? — спрашивает их Даллас. — И если неправильные люди не узнают?

Я наклоняю голову. К чему он клонит?

Опять никто не хочет рисковать, отвечая ему.

Он продолжает: — Хорошо, сколько из вас влюблены в кого-то, с кем сейчас не встречаетесь?

— Вы не можете спрашивать это! — упрекает его девушка Мартинес.

Он пожимает плечами, разворачиваясь и возвращаясь к началу класса. — Я должен подбирать уроки так, чтобы заинтересовать аудиторию. — Он указывает на неё рукой. — Посмотрите, как вы заинтересованы.

Раздаются хихиканья.

— Ну давайте, — говорит он им. — Сколько из вас?

Медленно Атлас Уэйд поднимает руку, за ним следует Паттон. Уитни, кажется?

Ещё несколько рук поднимаются в воздух, и я встречаюсь взглядом с Далласом, видя в нём веселье. Он думает, что я тоже подниму руку?

— Если бы вы нравились им, но они были недоступны, — продолжает он, расхаживая. — У их парня или девушки случилась смерть в семье, и они не считали правильным добавлять больше стресса или что-то в этом роде. Увели бы вы их на несколько минут в туалетную кабинку или в машину на парковке?

Ученики ёрзают, украдкой поглядывая друг на друга, потому что никто не хочет признавать тёмную сторону нашего характера. Она есть у всех.

— Может быть, — отвечает Даллас за них, снимая с них ответственность. — Может быть, нет. — Он встречается со мной взглядом, проходя по ряду ко мне. — Возможно, мы не знаем себя так хорошо, как думаем, пока что-то не случается и не заставляет нас пересмотреть то, как мы себя видим.

Он намекает, что моё поведение — реакция на его? Ему потребовалось достаточно времени, чтобы понять это. Я бы не вводил комендантский час так надолго без этой мотивации. Это серьёзно вредит бизнесу и средствам к существованию людей. Он же, с другой стороны, известен тем, что бросает своих любовников, когда заканчивает с ними.

Моя дерьмовость — обстоятельственная. Его — черта характера.

— Итак, вы в интернете, — говорит он классу, — вы видите, что происходит в мире, ужасные вещи, которые делают люди. Почему они это делают, если это неправильно?

— Бедность, — кричит Мейсон Кенмонт.

Джинни пожимает плечами. — Богатство?

— Две очень разные группы людей, — замечает Даллас.

Как он и я.