"Ты встречал нефилимов, сталкивался с демонами, и знаешь, что я один из фейри. Теперь замени это на свои собственные нации: американцы, русские и кто угодно еще. Все то же самое. И так же, как у ваших народов, у наших народов тоже есть правила".

"То есть ты хочешь сказать, что Ад нарушил ваш эквивалент Женевской конвенции?" спросил я, уловив метафору. "Похитив мою душу, они переступили какую-то черту?"

"Ах! Да, это соответствует моей аналогии, спасибо".

"Но если бы я добровольно отдал им свою душу, это не нарушило бы правил?"

"Верно, именно в этом и заключается суть вопроса".

"Почему им вообще должно быть позволено завладеть моей душой?" раздраженно спросил я. "Это моя душа. Я не хочу, чтобы кто-нибудь прикасался к ней своими грязными руками".

"Но это же выражение твоей свободной воли". Робин слегка улыбнулся при этих словах. Это была недобрая улыбка, а скорее маленькая и извращенная, больная ревностью. "Если ты не хочешь отдавать свою душу, то можешь выбрать не делать этого".

"Значит, преступление заключается в нарушении моей свободы воли", - размышлял я. Это начинало обретать смысл. В некотором смысле именно так люди определяли многие преступления - это навязывание своей воли другому, чтобы заставить отдать свой кошелек. Дэн забрал мою душу, но я не соглашался. Может быть, мне следовало назвать это душевным ограблением, а не мошенничеством.

"Да, нарушение свободы воли смертного - серьезное преступление", - пояснил мне Робин.

"А почему вас это волнует? К чему вся эта суета с претензиями на человеческую душу, и зачем вообще уважать нашу свободную волю?"

"Вряд ли на эту пару вопросов легко ответить. На эту тему написано множество книг".

"А я думал, что вы, ребята, не умеете создавать произведения искусства", - упрекнул я его.

"О, поверь мне, они далеки от искусства", - сказал он, с отвращением высунув язык. "Самое простое объяснение того, почему ваша душа имеет значение, которое я могу тебе дать, заключается в следующем: это ваш мир, а не наш".

"Это бессмысленно", - размышлял я. "Я видел, на что способны некоторые сверхъестественные существа. Мы и близко не стоим на вершине пищевой цепочки по сравнению с тем, что там есть. Как это может быть наш мир?"

"И тем не менее, до этого дня ты никогда не видел демонов", - сухо заметил Робин. "Даже мой вид живет в тени, скрываясь от вашего. Мы живем в тени и делаем все возможное, чтобы нас не замечали. Демоны опускаются до того, что охотятся на одиноких и беспомощных - без обид".

"Без обид", - машинально повторил я, обдумывая его слова. "То есть ты хочешь сказать, что нет какой-то высшей силы, которая навязывает "правила" всем? Это страх перед людьми".

"Есть две стороны медали", - сказал Робин. "С одной стороны, это ваш мир. Он принадлежит виду, обладающему свободной волей взять его. С другой стороны, люди теперь не так беспомощны, как раньше. Было время, когда мой вид был гораздо агрессивнее. Но с тех пор человечество сильно повзрослело. Один из вас написал книгу под названием "Искусство войны у Бездны"! Вы нашли способ возвести насилие в ранг искусства". Он покачал головой. "Знаешь, в Хиросиме и Нагасаки жили не только люди".

Это была отрезвляющая мысль. Я не жил во время мировых войн и очень благодарен, что мне никогда не приходилось принимать решения такого масштаба, как стирание с лица земли двух городов. Но мне и в голову не приходило, что акт разрушения мог произвести впечатление не только на смертные народы.

"Но все остальное, конечно, напоминает холодную войну. Соблазнить человека, чтобы он отдал свою душу, - это нормально. А вот украсть ее - это нарушение, которое другие, скорее всего, не захотят игнорировать".

"Когда начнется война?" спросил я, испытывая в равной степени страх и волнение. Может быть, если кто-то достаточно сильно даст по зубам Аду, он вернет мне мою душу.

"Я думаю, что она уже началась", - грустно сказал Робин. "Даже если никто об этом не знает".

"Значит, я теперь застрял между Раем и Адом?"

"Небесное воинство, конечно же, будет вовлечено, потому что оно не сможет игнорировать вопиющую агрессию своего оппонента. Это все равно, что Америка будет игнорировать планы Китая и России. Но это будет гораздо шире, чем просто противостояние их двоих. Демоны любят втягивать всех в свои схемы. Единственное, что они любят больше себя, - это анархию".

Теперь выражение лиц всех, кому я рассказывал эту историю, приобрело для меня гораздо больше смысла. Алекс и Орион не только пытались помочь исправить какую-то моральную ошибку. Они надеялись остановить войну. Я задавался вопросом, когда мы звонили в Ад, если бы мы не подключили Лилит к линии, возможно, все сложилось бы по-другому.

Но она выглядела такой же удивленной, как и все остальные. И она спала с самим Большим Злодеем. Если они вообще спали. Мерзость, какая разница. Я не хотел этого знать. Главное, что она должна была знать. Но если она не знала, то кто тогда дергал за ниточки, чтобы развязать эту войну? А может, она знала и была потрясающе хорошей актрисой?