С проклятием я захлопнул дверь и вытащил ключ. Здесь, в мире смертных, она снова была заперта, как будто я никогда ее и не открывал. В отчаянии я вонзил острие меча Ориона в дверь рядом с засовом. Горящее лезвие разрезало металл как масло. Мэв ударила в двери плечом, но они не сдвинулись с места. Позади нас слышались глухие удары шагов дракона. Мои руки тряслись от страха, но я продолжал резать.

"Сколько у тебя осталось сил?"- крикнул я Эш, продолжая резать дверь.

"Недостаточно", - мрачно ответила она, оглядывая переулок в поисках другого пути к отступлению. "Особенно в таких тесных помещениях, как это, где он сможет сфокусировать свое тепло".

Я завел нас в воронку для драконьего огня. С тупым лязгом засов наконец-то отделился от двери. Я надавил на нее, но она по-прежнему не открывалась. Сообразив, что наверху и внизу тоже есть замки, я протянул руку и одним движением открыл верхний. Когда я наклонился за вторым, все стихло.

Рядом со мной Эш и Мэв застыли в безмолвном ужасе. Больше не было слышно глухих ударов. Даже не оборачиваясь, я понял, что время вышло. Драконий Дон, во всей своей раскованной красе, появился у входа в переулок.

Медленно, почти против воли, я повернулся лицом к зверю, загнавшему нас в угол. У меня было мгновение, чтобы рассмотреть его открытую пасть и пламя на задней стенке его горла. Эш подняла руки, и огонь Уиллоу ярко вспыхнул. Ее ледяная сестра сделала то же самое, приготовившись к последнему отчаянному бою.

Стена огня полностью заполнила узкий переулок, устремившись к нам огненной лавиной. Я стоял между двумя принцессами, держа в руках клинок Ориона. Может быть, если он уцелеет в огне, мой друг сможет использовать его, чтобы отомстить за нас.

Жара врезалась в нас, как несущийся восемнадцатиколесный грузовик, заставив отшатнулся назад. Я надеялся встретить свою смерть на ногах, но оказался листом на ветру титанической силы, обрушившейся на нас. Мои глаза закрылись от нахлынувшего на меня ужаса.

А потом мир затих.

Я не слышал ни треска пламени, ни мерного стука капель дождя. Теперь, когда я об этом подумал, жара тоже исчезла. В замешательстве я открыл глаза и огляделся. Все было заморожено - не во льду, это не был какой-то трюк Мэв. Но ничто не двигалось. Принцессы фейри по обе стороны от меня застыли на месте. Даже пламя, рвущееся вперед, замерло, каждый отдельный язычок был совершенно неподвижен. Единственное, что, кроме меня, казалось незатронутым, - это колышущийся темный занавес вдалеке, который все еще волновался, движимый каким-то невидимым ветром. Что бы там ни присутствовало, оно все равно ощущалось очень странно.

Неуловимым движением передо мной возник мужчина. Он был одет в коричневую мантию, распахнутую спереди, поверх белой рубашки и черных джинсов. У него была аккуратно подстриженная коричневая борода, а в правой руке он держал длинный черный посох. Его черные глаза впились в меня с непостижимой тяжестью бездны.

Вдруг я понял, что узнал этого нефилима. Сегодня на Конгрегации он голосовал против просьбы дракона. У него было странное имя - Горологиус или что-то в этом роде.

"Нам пора перестать так встречаться", - усмехнулся он, опираясь на свой посох с весёлым выражением лица.

"Я довольно забывчив и не могу сказать, что помню, как застрял в "драконьем огне" и как спасался..." Слова замерли у меня на губах, когда что-то вспыхнуло в его темных глазах, и я вспомнил.

Я вспомнил все.

Мы не пошли направо. Мы пошли налево. Драгуны гнались за нами по кухне, и мы погибли. В пылу огня и ярости мы умерли. Или должны были. Но вместо этого мы пошли направо. Мы сбежали.

Моя голова запульсировала от резкой боли, когда две временные линии, две реальности попытались сформироваться и существовать в моей голове. Я был мертв. Я был жив. Я чувствовал, как раскалываюсь на части, когда два Мэтта пытались существовать в моем теле одновременно.

Горологиум раздраженно цокнул языком и пренебрежительно махнул рукой. Давление в голове тут же ослабло, и я остался только один. Я все еще осознавал другую временную линию, другого себя, но он затаился в глубине моего сознания, где я мог распознавать его краем глаза, не глядя на него прямо.

"Постарайся не думать об этом слишком глубоко", - мудрено посоветовало Созвездие.

"Что ты со мной сделал?" Мне удалось выдохнуть сквозь стиснутые зубы. Если бы всем королевским лошадям и всем его людям удалось собрать Шалтая-Болтая воедино, я думаю, человеку-яйцу тоже понадобилось бы время, чтобы прийти в себя.

"Пока что я спас тебя дважды. Не за что".

"Кто ты вообще такой? Хоро-что-то-там, верно?"

"Горологиум".

"Да, я не собираюсь это запоминать".

Нефилим тепло рассмеялся, выпрямился и направился ко мне. "Тогда, возможно, просто запомни, что это означает "часы", и этого будет достаточно".

Время. Это было Созвездие Времени. Мои глаза уставились на застывшую огненную волну, парящую в дюжине футов от меня. Горологиум просто приостановил время, чтобы поговорить со мной. Вот и все, ничего безумного.