— Ничего, кроме поцелуев, — успокаивает он меня.

Просто хочу уточнить…

— И эти поцелуи — над шеей, верно?

Он хихикает и сжимает мою ягодицу.

— У ша-кхаев есть поговорка: «Нет ничего слаще, чем ощутить на языке влагалище своей второй половинки».

Господи, это ужасно грубое высказывание.

— О.

— Но я подожду, пока ты не будешь готова к моему языку. — Он наклоняется и касается моих губ своими нежнейшими ласками, и я чувствую, что таю в его объятиях.

— Мне нравится твой язык, — мечтательно говорю я, снова обнимая его за шею. — Я просто не хочу торопиться.

— Тогда мой язык останется рядом с твоим. — Он поглаживает мою попку, одновременно притягивая меня ближе к себе, и я прижимаюсь к его длинному, стройному телу. Он невероятно теплый, и к нему так приятно прижиматься. Я даже не возражаю против твердой обшивки на его груди и плечах, потому что в остальном он такой удобный. Я провожу пальцами по внутренней стороне его руки, очарованная ощущением бархатистости его кожи, и его хвост задевает мою ногу. Я замираю. — Мне перестать прикасаться к тебе?

— Никогда, — говорит он мне хриплым голосом. — Но я хочу поцеловать тебя снова, когда ты это сделаешь.

— Ты можешь поцеловать меня.

Он тянет меня за волосы, а затем его рот снова накрывает мой, и я забываю обо всем на свете. Ничто не имеет значения, кроме сладкого вкуса губ Золайи на моих губах и эротичного скольжения его языка.

Неудивительно, что все так стремятся к резонансу.

Глава 11

ЗОЛАЙ

Я прижимаю к себе мою нежную девочку, пока она спит, очарованный ее присутствием в моих объятиях. Я никогда не думал, что это будет так приятно — прижимать к себе женщину, чувствовать, как ее дыхание щекочет мою кожу, как ее ноги сплетены с моими. Она не возражает против моих прикосновений к ее телу, и если бы я был менее собственническим мужчиной, возможно, я бы дал ей больше места для сна, но я не могу перестать прикасаться к ней. Я не могу перестать поглаживать ее спину через кожу или гладить округлый изгиб ее ягодиц и то пустое, плоское место, где должен быть хвост. Мне нравится, как она сделана. Люблю ее нежный, скользкий язычок, который касается моего, когда мы целуемся. Мне даже нравится ее плоское личико со странными чертами и таким маленьким носиком, что приходится моргать, чтобы увидеть его. Она совсем не похожа на настоящую… но это не значит, что она не кажется мне красивой. Я думаю о внешности Ар-и и о том, как она выглядит по сравнению с другими. Она не такая крепкая, как некоторые, и ее кожа не такая привлекательно смуглая. У нее грива странного коричневого оттенка, который я видел только в грязи. Но я бы ничего в ней не изменил.

Мне даже нравится, что она пускает на меня слюни, когда спит, потому что это говорит о том, что она спокойна и ее лавина не беспокоит ее во сне. Я глажу ее по спине, пока она дремлет, и думаю о том, что она сказала. Лавина разума не исчезнет навсегда. Она должна постоянно бороться с этим. Я знаю, что некоторые члены племени долгое время боролись с печалью. Иногда это проходит. Иногда нет. Я думаю об Айше, которая раньше была кокетливой и веселой, а теперь просто озлоблена после смерти своего комплекта. Ее пара, Химало, не знает, как ей помочь.

Я не допущу, чтобы это случилось с Ар-и. Пока она разговаривает со мной и позволяет мне помогать ей, мы вместе будем бороться с ее лавиной. Я не позволю ей победить ее. Она уже показала мне, какая она храбрая. Возможно, она так не думала, но я видел страх в ее глазах, когда она получала слова ша-кхай через луч. Она боялась, но все равно сделала это. Сегодня вечером, сидя у костра, она разговаривала с новой парой Зэннека, которая встряхивает своей длинной гривой и смотрит на мою пару так, словно готова ее проглотить. Я беспокоился, что должен ненадолго увезти ее из племени, дать ей привыкнуть к кхаю и к этому миру, но, возможно, общение с другими людьми — лучшее, что может облегчить ее беспокойство. Она уже сейчас кажется счастливее. И с каждым днем она становится смелее. В первую ночь она просто держала меня за руку. Сегодня я крепко сжимаю ее в своих объятиях, а мое бедро — между ее бедрами. Наши языки сплетались так долго, что ее губы распухли от моего внимания.

Кто знает, что принесет завтрашний вечер? Я с нетерпением жду его. Мой член ноет, а песня моего кхая становится все настойчивее с каждым мгновением, но я могу подождать. Это напрягает мой самоконтроль, но моя пара стоит нескольких бессонных ночей, если это означает, что она чувствует себя непринужденно.

Глава 12

АРИАНА

Следующие несколько дней мы посвящаем отдыху.