Несмотря на все мои усилия, боль в груди нарастала, пока несколько слезинок не просочились из уголков моих глаз – эмоции, вызванные как песней, так и моей потерянной любовью.

Теперь больше одной потерянной любви с тех пор, как это был мой последний момент со всеми ними.

Мои ноги, наконец, повиновались мне, и я начала пятиться, полная решимости раствориться в толпе. Джейс собирался привлечь ко мне слишком много внимания, если бы продолжал в том же духе.

К счастью, песня закончилась тактом позже, и ему пришлось снова стать рок-звездой, а не брошенным любовником.

«Беллероуз» сразу перешли к еще одному своему хиту, более энергичной песне, которая, я была почти уверена, не обо мне – в ней преобладали более легкие мотивы на протяжении большей части композиции. Это позволило мне на секунду взять себя в руки, потереть ладонями предплечья, чтобы отогнать охвативший меня озноб… несмотря на жару в зале с двадцатью тысячами тел внутри.

Мне удалось продержаться еще три песни, но мое сердце действительно не лежало к этому.

— Готова сбежать, сучка?

Я обернулась на язвительный голос и обнаружила Тома, стоящего рядом со мной. Он точно был крысой, крадущейся из темноты. Ему пришлось наклониться поближе, чтобы я могла его расслышать, и мне пришлось сдержаться, чтобы не врезать ему по носу.

— Сбежать? — Выпалила я.

У него вырвался насмешливый смешок, и он оказался так близко к моему уху, что я вздрогнула от отвращения. — Да ладно, ты же знаешь, что подвергаешь их опасности. Я облегчу тебе задачу.

Он явно не понимал, что я уже планировала это, и пытался заставить меня сделать выбор, который я уже сделала.

— Ты же не можешь быть настолько эгоистична, чтобы желать им смерти, верно? — он настаивал. — Я счастлив заплатить тебе несколько сотен тысяч. Дать тебе путевку в жизнь. Похоже, группа все равно задолжала тебе денег. Мы можем считать это оплатой.

Пошел нахуй этот ублюдок.

— Я бы никогда не взяла у тебя денег, — сказала я и, не удержавшись, положила руки ему на грудь и оттолкнула его. Его следующие слова потонули в криках и музыке, и я могла быть только благодарна за это.

Развернувшись на пятках, я поспешила к левой стороне. Поскольку Том был здесь, мне пора было уходить. Я должна была оставить эту жизнь позади раз и навсегда и убедиться, что «Беллероуз» в безопасности.

Когда я добралась до службы безопасности, меня остановили. — Вы не должны уходить без сопровождения, — сказал крупный мужчина, наклонившись ближе.

Черт возьми. Очевидно, приказы относительно моей безопасности касались не только личной безопасности «Беллероуз».

— Я просто собираюсь выпить и, возможно, сходить в туалет, — крикнула я в ответ.

Он начал качать головой, остановившись только тогда, когда рядом со мной появился Том. — Ей разрешено идти, — сказал этот ублюдок охраннику. — У нас есть другие люди, которые наблюдают за ней.

Затем здоровяк пожал плечами, как будто ему действительно было наплевать. Он выполнил свою работу, и все знали, что Том, как временный менеджер или кем он там, блядь, был, имел здесь власть. Больше, чем следовало.

Когда охранник отступил в сторону, я не стала терять ни секунды и выскользнула из VIP-зоны, двигаясь по узкому проходу, пока не вышла к общей толпе. Это была стоячая зона без мест, и, обернувшись напоследок, чтобы взглянуть на сцену, я увидела, что Том все еще стоит у входа в VIP и улыбается мне.

Мне не нравилась эта улыбка. Это была улыбка человека, который считает, что победил, и во мне все протестовало против этого. Но то, что я делала, на самом деле не было его планом. Что бы он ни думал, я знала правду.

Я делала это ради своих ребят и собиралась убраться как можно дальше, а затем сообщить Риччи что я теперь одна. Как только они узнают, что я больше не с «Беллероуз», мне останется только прятаться. В одиночку я бы спасла их всех.

Когда у меня возникла эта мысль, и я уже собиралась развернуться, чтобы уйти, мне на голову набросили мешок. Мой крик затерялся в толпе, и секунду спустя, когда что-то тяжелое врезалось сбоку в мою прикрытую голову, все вокруг затуманилось.

Моим последним чувством перед тем, как я потеряла сознание, была всепоглощающая ярость.

Ярость и страх.

тридцать

восемь

ДЖЕЙС

Фло договорилась, чтобы Билли смотрела концерт из VIP-зала, прямо перед этой чертовой сценой. Я ничего не сказал, когда она упомянула об этом при нас, потому что хотел, чтобы она была в пределах видимости во время нашего выступления. Так что я бы предпочел, чтобы она была прямо там, перед нами, а не где-нибудь за кулисами, где нам приходилось полагаться на, откровенно говоря, некомпетентную охрану.