Старик медленно поднял голову и, встретившись со мной взглядом, слегка кивнул. Выйдя из загона, я направился к лавке, но на полпути замер, уловив доносящееся из-за соседнего забора шуршание, скрип досок и приглушённые голоса:

— Тише ты, не тряси доску!

— Так я подтягиваюсь, чего ты хочешь?

— Тобб сказал, там у зверя зубы с локоть! — прошептал третий. — Я только гляну и слезу.

За перегородкой зашуршало сильнее, кто-то приглушённо охнул, а затем со стороны соседского крыльца раздался мужской крик. Забор напоследок дрогнул, за ним послышался частый топот удаляющихся сапог, и всё стихло.

Улыбнувшись, я пересёк двор и переступил порог лавки. На складе снял с нижней полки спальный мешок, отряхнул ладонью и внимательно осмотрел ткань, после чего понёс его в загон. Поднявшись, Хольц принял сверток, бережно расстелил у стены и, разгладив складку, выпрямился, хрустнув спиной.

— Если ночью у него собьется дыхание, — предупредил я, — начнёт дрожать, откажется от воды или случится что-нибудь ещё, сразу буди.

Молча сжав моё предплечье, старик прилёг на расстеленный мешок и потянул руку к Велгару. Зверь едва заметно пошевелил хвостом и пододвинул морду к ладони хозяина. Пожелав им спокойной ночи, я притворил дверь загона и наконец направился к дому, глубоко вдыхая ночную прохладу.

Ночь незаметно перетекла в предрассветную сырость. Едва над крышами разлилась блёклая серость, я уже сидел на корточках у крайней грядки слева, разглядывая крупные капли росы на листьях кровавого куста. Вокруг не раздавалось ни голоса, лишь где-то через два дома скрипнули ставни, и двор вновь погрузился в тишину. Распушив пёрышки возле Дейлора, Адрия то и дело крутила головой, провожая взглядом каждую пролетающую мошку.

С момента создания прошлого узла прошла неделя, а значит, я могу установить новый. Да и время удачное: в такую рань все спят, благодаря чему никто не увидит, чем я тут занимаюсь.

— Начнём, — пробормотал я, разминая замёрзшие пальцы.

Вытянув руку над почвой, я потянулся к каналам. Мана послушно свилась в подрагивающий сгусток, который за пару секунд уплотнился и налился глубокой синевой. Прежде чем опустить его в землю, я задумался. В прошлый раз попытка усилить его не увенчалась успехом, но с тех пор я поднялся на ранг, так что стоит попробовать снова.

Я расширил поток, и энергия хлынула в сгусток. Узел слегка раздался вширь, а его края посветлели, но затем вся мана стала проваливаться куда-то вглубь и бесследно исчезать. Всё повторилось один в один.

— Не хочешь, значит, — я выдохнул, вытирая лоб предплечьем. — Тогда попробуем иначе.

Я принялся сжимать плетение, преодолевая растущее сопротивление маны. Трехметровый радиус сузился до двух с половиной, затем до двух… и всё. Энергия упёрлась в невидимый барьер, сколько бы я ни давил.

Обидно, конечно, но ничего не поделать. Я опустил сгусток к почве, и он, соскользнув с пальцев, за пару секунд ушёл на глубину. Едва я сместил его немного вправо, чтобы границы пересеклись с контуром соседнего узла, как перед глазами вспыхнуло системное сообщение:

[Обнаружен эффект: Синергия узлов (усилен)]

[Описание: При сопряжении узлы стабилизируют друг друга (текущее количество: 5). Расход маны на поддержание снижен на 40%. Общая плодородность участка +15%]

Перечитав строки, я улыбнулся. Затраты энергии упали еще на десять процентов, а плодородность выросла на пять - отличные новости. Осталось купить удобрение, подготовить почву, и можно смело высаживать боковые побеги сочников.

Внезапно сбоку зашуршала листва. Я повернулся и увидел Люмина: выбравшись из-за сонного куста, он сладко зевнул и неторопливо потрусил ко мне. Оказавшись над новым узлом, ушастый принюхался и улёгся, растёкшись по почве золотистой лужей.

Наблюдавшая за ним из-под Дейлора Адрия поднялась и, встряхнувшись, потопала в нашу сторону. Малышка сделала изрядный крюк, обходя развалившегося зайцелопа по дуге. Стоило ей добраться до меня, как она шустро вскарабкалась по штанине на колено и требовательно уставилась в лицо - мясо из погреба само себя не принесёт.

— Сейчас покормлю, — я пересадил кайрил на плечо, поднялся и с удовольствием потянулся.

Пока я возился с узлом, серость успела рассеяться, а выползшее из-за крыш солнце залило двор жидким золотом. Я уже собирался идти в кладовую, как вдруг взгляд зацепился за две тёмные точки на небе, скользившие со стороны центра. Они летели ровно, одна чуть позади другой, и я невольно залюбовался размеренным взмахом их крыльев. Адрия внезапно перестала топтаться, вытянула шею и повернула голову в ту же сторону.

Тем временем силуэты быстро приближались. Вскоре я разглядел, что размером птицы походили на крупных воронов, но их тела были более вытянутыми, а хвосты оканчивались узким клином. Прикинув, что через пару минут они скроются за крышами в конце улицы, я перехватил кайрил поудобнее и направился к кладовой, мимоходом глянув на дремавшего у загона Кроха.