Алекс едва успел проморгаться. Он увидел Дэвида, сидящего на корме за штурвалом, отброшенного к двигателю. Дэвид потерял равновесие, но все еще сжимал в руке пистолет, поэтому Алекс ударил его в челюсть. Голова Дэвида запрокинулась, но он быстро пришел в себя и попытался поднять пистолет. Алекс ударил его еще раз, и Дэвид рухнул на палубу.

Алекс почувствовал запах бензина, нагнулся и забрал у Дэвида пистолет. В бензобаке была дыра, туда попал шальной выстрел Дэвида. Им обоим повезло, что топливо не воспламенилось.

Выбросив пистолет за борт, Алекс развернулся и направился к носу. Под передней скамьей стоял небольшой грузовой ящик. Поскольку это было единственное место, где можно было что-то хранить, Алекс понял, что там спрятаны дневники доктора Бёрнхэма. И действительно, открыв крышку, он обнаружил внутри пропавший кожаный фолиант. Внутри фолианта лежали четыре черных блокнота, один желтый и что-то похожее на сто тысяч долларов наличными.

— Алекс, — донесся до него голос Сорши. — Что происходит?

Он поднял голову и увидел, что она вместе с капитаном Кроссом перегнулась через кормовой леер двумя палубами выше. Алекс достал из фолианта желтый блокнот и показал его волшебнице.

— Нет, — крикнул Дэвид у него за спиной.

Алекс обернулся, удивленный тем, что избалованный богач так быстро пришел в себя после удара. Еще больше его удивило то, что Дэвид предусмотрительно взял с собой второй пистолет. Он стоял на корме, целясь в Алекса из револьвера 38-го калибра, и его глаза горели диким огнем. Он потерял свое состояние и привычный разгульный образ жизни, когда отец лишил его наследства, и теперь, когда он был так близок к тому, чтобы вернуть все, он не собирался ни перед чем останавливаться.

— Подожди! — крикнул Алекс, но было уже слишком поздно.

Для Алекса все замедлилось, и одновременно произошло несколько событий. Сначала Дэвид выстрелил из пистолета. При выстреле пистолет искрил и дымился, но в сыром воздухе Северной Атлантики этого было недостаточно, чтобы поджечь пролившийся бензин.

Сверху донесся низкий, гулкий голос, возвестивший о магии Сорши. Пуля вылетела из пистолета и столкнулась с толстым куском льда, возникшим на ее пути. Пуля срикошетила и ударилась о двигатель. На этот раз искры хватило, и бензин вспыхнул, превратившись в огненный шар.

Дэвид закричал, когда пламя охватило его. Огонь побежал по днищу лодки в сторону Алекса и вверх по веревке, которой лодка была привязана к корме "Триполи".

Алекс развернулся и схватился за веревку, привязанную к передней части лодки, но в этот момент задняя веревка оборвалась, и лодка накренилась, сбросив Дэвида, фолиант и деньги в океан. Жар и пламя устремились к Алексу. Он поднял голову и увидел Соршу, которая смотрела на него широко раскрытыми от удивления глазами.

Оставшаяся веревка, которой лодка была привязана к "Триполи", не была рассчитана на вес маленькой лодки. Блок, на котором она висела, застонал и начал прогибаться. Огонь, подбиравшийся к ногам Алекса, начал лизать его ботинки.

Свободной рукой он схватил желтый блокнот, опустил его к поясу, а затем швырнул вверх, в сторону чародейки. Раздался звук рвущегося металла, и горящая лодка рухнула в воду. Алекс успел увидеть, как Сорша протягивает руку и хватает блокнот с помощью магии, а затем он упал в бурлящее море, которое поглотило его целиком. 

 31. Рычаг

Алекс и раньше видел, как ныряют люди. Они прыгали с платформы и грациозно падали, легко погружаясь в воду, которая, казалось, мягко смягчала их падение. Когда опора, удерживавшая катамаран, не выдержала, он успел оттолкнуться, чтобы улететь подальше от места падения, но вместо того, чтобы мягко приземлиться в воду, почувствовал себя так, будто его сбил грузовик. Воздух вырвался из его легких, и прежде чем он успел вдохнуть, его тело скрылось под волнами. Алекс так и не научился плавать и некоторое время боролся с течением, пока мокрая одежда тянула его ко дну. Холод, казалось, проникал в его кости и лишал мышцы сил. Он видел над собой корабль и свет от горящего бензина, плавающего на поверхности, но они казались такими далекими.

Его окружила темнота, и он почувствовал себя совершенно обессиленным. Где-то в самых потаенных уголках своего сознания он призывал себя бороться. Он хотел сопротивляться, найти в себе силы, чтобы вынырнуть на поверхность, к свету и живительному воздуху, но усталость не давала ему этого сделать.

Так он и плавал, подвешенный в воде, между жизнью и смертью — раем и адом. Когда всепоглощающая тьма начала поглощать его зрение, Алекс вдруг увидел свет. Не свет от огня, который превратился в крошечную точку на горизонте. Этот новый свет был ярче и находился гораздо ближе.

Придя в себя, Алекс посмотрел на свое тело. От отца Гарри и других он слышал истории о загробной жизни, о том, как мир растворяется в сиянии. То, что он увидел, светящееся под его рубашкой, было не вратами в измерение света, а руной.