Рядом на скамейку опустился пожилой мужик в соломенной шляпе. Радим его уже был с ним знаком — староста деревни Степан.

— Зачем они их туда тащат? — спросил Радим вместо ответа.

— Перерабатывать. Из них добывают ресурсы для построек.

— Они что, рядом с деревней были?

Степан покачал головой.

— Нет, конечно. Видишь башню? — он кивнул в сторону имения. Высоченная башня была видна даже отсюда, из деревни. — Она может обнаруживать жуков. Подаёт сигнал — и отряд жукоборцев сразу выдвигается.

— Жукоборцы… Они специально на инсектоидов охотятся? — не поверил Радим.

— Ага.

— Ради ресурсов?

— Ну да.

Радим помолчал.

— Слушай, Степан… А зачем ты мне всё это рассказываешь? Я же новый человек, два дня здесь всего.

Староста посмотрел на него с недоумением.

— А чего мне бояться? Тебя же сам граф привёз. Это тебе нужно бояться.

— Убьёте меня, если что-то не так сделаю? — нахмурился Радим.

— Нет, — Степан улыбнулся. — Граф — человек добрый и справедливый. Но при этом прощать он тоже не умеет. Если кто заслужил расплату — церемониться не будет.

Радим медленно кивнул. Вот такой подход он понимал.

Они ещё немного посидели, глядя на камневарку. Внутри здания что-то гудело и щёлкало, из трубы шёл дым. Подъехала телега, в неё загрузили партию блоков, и телега отправилась к замку.

Радим думал про своё. Про то, что он оружейник, который здесь, скорее всего, никому не нужен.

Хотя это ещё вопрос.

Он не был уверен, что на его память вообще можно положиться. Навыки остались, но кто знает, что с ними сделали при стирании? Может, оставили как есть. Может, подменили. И то, что он помнит как клепать патроны и делать нарезку стволов — это правда или нет?

Он не знал.

Единственное, что он помнил точно — лица жены и сына. Это не подделаешь.

Или он убеждал себя, что не подделаешь.

Со стороны имения подошёл какой-то парень и спросил:

— Радим? Граф хочет вас видеть.

Тот вздохнул и посмотрел на Степана.

— Ну вот. Похоже, ты мне что-то лишнее рассказал, теперь меня пытать будут.

Степан засмеялся.

— Нет. Если бы тебя хотели пытать, ты бы сразу понял. Желаю удачи.

Радим поднялся, отряхнул штаны и побрёл за парнем.

* * *

Дел у меня накопилось достаточно.

Пока я мотался по Брошенным землям и разлекался, отправляя демонологов в инферно и сжигая харчевни, время на месте не стояло.

Мои отряды справились и нашли всех людей из списка Белгара. Никого силой не тащили — предложили, объяснили, дали выбор. Двое так и вовсе оказались в рабстве, их просто выкупили.

Ну, как выкупили: в той деревне не нашлось никого, кто захотел бы спорить с десятком человек, облачённых в сталь. Поэтому когда мои ребята сказали «нам нужны вот эти люди, и сам человек согласен», вопросов не возникло. Гвардейцы заплатили за рабов, хотя денег у них при себе было немного.

Итого: одиннадцать человек доставлены, живы, накормлены, размещены с комфортом.

Я остался доволен.

Но вместе с людьми прибыли и неприятности.

С башни уже не раз засекли наблюдателей из соседних земель. Явно пришли посмотреть, кто и зачем уводит людей. У каждой второй деревни, откуда забрали ссыльных, имелся свой правитель, и эти правители начали шевелиться.

Ладно. Этого я ожидал.

Сейчас меня больше занимало другое.

Все эти привезённые люди не помнили почти ничего. Если только сам момент переноса, и то смутно. Некоторые понимали, что им стёрли память, но не более того.

А это означало, что пользы от них пока что ноль.

Так что я отправился к зеркалу, чтобы пообщаться с Александром. Всё равно сеанс связи был запланирован.

— Всех нашёл, — сказал я.

Белгар помолчал секунду и переспросил:

— Всех?

— До единого.

— Хочешь сказать, ты по Брошенным землям просто так прошвырнулся? Туда пошёл — забрал человека, сюда пошёл — забрал другого?

— Примерно так, — я покрутил рукой в воздухе.

Александр долго смотрел на меня, а потом покачал головой.

— Я, по правде, думал, что ты двоих найдёшь. Может, троих. Всё-таки у вас там очень опасно.

— Есть задача — она должна быть выполнена, — пожал плечами я. — Есть цель — к ней нужно идти.

— Понимаю… Ты упорный человек.

— Стараюсь. Что там насчёт их памяти, её можно вернуть?

— Да. Это как раз то, о чём я хотел рассказать. Смотри: эти люди попали в списки одного артефакта. Он отслеживает всех, у кого сохранилась незачищенная память. По идее, они должны были быть полностью обработаны — но по факту обработку не завершили.

— И при этом они всё равно ничего не помнят. Кроме одного.

— Именно. Они попали в список смертников просто так. Ни памяти, ни нормальной жизни. Но раз память не была уничтожена до конца, значит, процесс можно обратить. Хотя бы частично.

— Как? — уточнил я.

— Понятия не имею. Ты же сильный маг, не так ли? Что-нибудь придумаешь.

— Хм. Ну, видимо, придётся…