Конечно, она могла без запинки перечислить и вычертить дюжину подходящих под задание инкр. Существовали десятки вариантов на здоровье, исцеление и рост — включая инкру третьего уровня, естественным образом умножающую питательные вещества в любой почве.

Но она прекрасно понимала: выцарапывать что-либо подобное в земле этого несчастного заморыша нельзя.

Это приведет лишь к катастрофическим последствиям.

Она не могла допустить, чтобы ее саженец зачах на глазах у всей гильдии — тем более что краем глаза она с тревогой заметила любопытных адептов Эхинацеи, с интересом наблюдавших за ними через внутренние окна. И, как бы стыдно ей ни было признаваться в этом даже себе, она меньше всего на свете хотела разочаровать Хари.

Особенно сейчас, когда он тратил столько сил и времени на ее тайное обучение.

Ее испепеляющий взгляд, полный чистой ненависти к бедному растению, прервал триумфальный возглас Ноэля. Громкий, как вопль проклятой чайки. Жаждущий внимания, надеющийся, что все взгляды обратятся к нему и увидят, как его саженец — первый, показавший результат — в мгновение ока удвоился в размерах, а его корни рванули в стороны, расколов глиняный горшок. Осколки глины и комья земли разлетелись по полу, а окрепшие корни любовно обвили его запястья, словно лаская и благодаря за помощь в росте.

Ученый Хари откровенно рассмеялся от восторга и тепло, искренне позвал кого-то из адептов Эхинацеи, попросив принести побольше земли и кашпо покрупнее.

Одра возненавидела Ноэля за это, чувствуя, как по груди разливается жгучая волна зависти.

Почему у него всё так получается?

Что в нем такого, что делает это волшебство легким и естественным?

Она отвернулась и прожигала взглядом свое жалкое подобие растения.

По мере того как урок подходил к концу, никому, разумеется, не удалось повторить успех Ноэля; Лотти с трудом выжала из своего дубка один-единственный бледный листик.

Но когда занятие почти завершилось и все разбились на группы, хвастаясь своими питомцами (которым разрешили забрать их в общежитие), стало очевидно: Одра осталась единственной адепткой, чей эксперимент с треском провалился.

Уайлдер попыталась утешить ее своим мягким, хрипловатым голосом, призывая не бросать тренировки.

— Это придет со временем, — нежно добавила она.

Однако разочарование ученого Хари было слишком явным, почти осязаемым, и Одра на секунду испугалась, что он отчитает ее перед всей гильдией… Она легко могла представить его слова: «Одра, почему ты не подготовилась? Это же было в программе, поездка висела на доске объявлений в общежитии несколько недель. Тебе следовало попрактиковаться в инкрах». И чего он сказать не мог… Он ведь знал, что она с легкостью осваивала заклинания куда более высокого уровня, чем эта простая задача.

Она должна была выцарапать этот знак с закрытыми глазами.

Выражение его лица было невыносимым — ей хотелось сказать ему, отчаянно хотелось признаться, что она готовилась усерднее любого другого студента здесь, пожалуй, за исключением разве что Ноэля.

Разве он не видит? Она изо всех сил рвется к успеху. Доводит себя до нервного истощения. Почти не спит, едва ест, тратя всё свое время на тренировки и учебу.

К счастью, он не стал высказывать разочарование вслух, лишь отметив ее провал в своем журнале, но на лице всё было написано яснее ясного, и это больно задело.

Одра вдруг почувствовала себя такой маленькой и чертовски одинокой. Она была ничуть не лучше этого растения. Неспособная процветать, не справляющаяся со своей единственной чертовой обязанностью. Несмотря на то, что ей дали достаточно земли, воды, солнечного света и теплое место в этом зимнем, враждебном мире. Она была слаба и все равно собиралась подохнуть, прямо как этот проклятый цветок.

И тут она совершила ошибку, встретившись взглядом с Ноэлем.

Самомнительный ублюдок, его карие глаза горели и сверкали от злорадства. Конечно же, он заметил немой обмен взглядами между ней и ученым Хари; Ноэль знал, как сильно она уважает преподавателя инкрамантии, как жаждет угодить Хари. Эта глазастая чертова змея видела всё: разочарованное покачивание головы Хари, тяжесть его вздоха перед тем, как переключить заслуженное внимание на процветающий саженец следующего студента.

Ноэль видел всё.

Самовлюбленный ублюдок одарил ее мстительной усмешкой, смакуя ее поражение. Она не сомневалась, что он слышал слухи и восторженные шепотки, циркулирующие по всем гильдиям академии Холивер — Ноэль, лучший в своей гильдии… возможно, лучший во всех гильдиях. Должно быть, именно его искали, на кого надеялись и о ком молились фейри.

Ноэль наверняка и есть тот самый Наследник — тот, кто не просто спасет зенаидских фей от ужасных демонов, поможет раз и навсегда победить этих существ… но и вернет времена года, спасет мир.