Как только Сибилла нашла нужный переулок, она свернула в него. Шале № 78 было одним из тех, что стояли посреди деревьев. Здесь воздух был свежее, окрестности великолепны, а ограждающая стена — невидима. Кто бы не мечтал работать в такой обстановке, где воздух чист, куда можно дойти до офиса пешком и получать баснословную зарплату? Эрван, действительно, за год заработал бы столько, сколько в другом месте — за пять лет. Но какой ценой? — спросила она себя.

Не задумываясь,

она поднялась по трем ступенькам крыльца и постучала. Ответа не последовало. После нескольких попыток она спустилась вниз, не зная, что делать. Может быть, эта Мелисса ушла за покупками или была занята каким-то делом? Она подождала несколько минут и тогда заметила, как зашевелилась занавеска на фасаде дома. Она тут же поднялась наверх.

— Меня зовут Сибилла. Мой муж — учёный, я…

Дверь резко открылась. Перед ней стояла молодая женщина с листом в руках, на котором чёрными чернилами было написано: - Чего вам нужно? - У неё были чёрные волосы средней длины, удлинённое лицо, глаза такого светлого голубого цвета, что казались выцветшими. Её брови, имевшие изящную форму, напоминали перья цапли. Она была столь же миниатюрна, насколько высока была Эдит из её сна. Увидев её, Сибилла не почувствовала ничего знакомого, никаких воспоминаний не всплыло.

— Я хотела представиться, — сказала она с улыбкой. — Я новая «нейронима. - Я живу в домике напротив дома Мартина, у въезда в деревню. Номер 19.

У Мелиссы был восковой цвет лица, характерный для тех, кто недостаточно бывает на свежем воздухе. Она наклонилась, чтобы заглянуть в проход, а затем, наконец, отошла в сторону, пропуская Сибиллу внутрь. Внутри было крайне темно из-за окружающей листвs, и довольно холодно. На углу гостиной стола, заваленного рисовальными принадлежностями, горела настольная лампа. Она тоже была художницей. Очевидно, каждый пытался убить время по-своему.

Молодая женщина собрала свои вещи. Все в её движениях выражало явное недоверие. Она взяла несколько чистых листов и начала писать. Она держала ручку как-то странно — запястье было полностью согнуто, ладонь повернута внутрь, словно она хранила какой-то секрет. Тем временем Сибилла рассматривала фотографию, висевшую на стене слева от неё. Мелисса стояла, обняв за руку мужчину постарше. Она узнала коллегу Эрвана, Пьера Ламарка.

— Похоже, ваш спутник и мой работают вместе, — сказала Сибилла, чтобы разрядить обстановку. — Пьер Ламарк, если я правильно помню. Он пришёл поприветствовать нас в первый день вместе с Микаэлем Аллиеттом, тем военным со стеклянным глазом.

Мелисса повернулась к ней, держа в руках листок.

- Извините. Я не в форме. Трудно писать.

Сибилла кивнула.

— В таком случае я не буду вас больше беспокоить. На самом деле, помимо удовольствия познакомиться с вами, я хотела узнать, не… не было ли шанса, что мы уже пересекались в прошлом. У меня есть некоторые проблемы с памятью, и когда Тибо объяснил мне, что вы пишете, чтобы общаться с окружающими, это показалось мне странным, но мне это показалось знакомым. Как будто это напомнило мне о чём-то, что было глубоко спрятано во мне.

Здесь она замялась и добавила:

— Должна уточнить, что раньше у меня было не такое лицо. Мне сделали сложную реконструктивную операцию после несчастного случая. Меня зовут Сибилла. Сибилла Ростан. Раньше я жила в Париже, а теперь живу в Нормандии. Вам это о чём-нибудь говорит?

Мелисса на несколько секунд замерла, её зрачки пристально изучали собеседницу, которая, в свою очередь, делала то же самое. Это была странная, почти нереальная ситуация: две незнакомки, стоящие лицом к лицу и изучающие друг друга взглядами. Сибилла чувствовала себя неловко. Наконец молодая женщина покачала головой и направилась к двери, давая понять, что их разговор закончен. Сибилла не хотела уходить, не получив хотя бы начала ответа.

— Послушайте, Мелисса, простите, что перехожу сразу к делу, но Мартин и Тибо рассказали мне о Лиане и Эдди. Об их исчезновении. Вы, похоже, знали Эдди. Может ли… Может ли у него тоже были проблемы, как у Лианы? У него были приступы, которые беспокоили его по ночам? Кошмары?

Мелисса задумалась. Она приоткрыла дверь, быстро огляделась на улицу и закрыла её. Чего же она боялась? Затем она бросилась к столу.

- Эдди Тальбот был сумасшедшим.

— В каком смысле, сумасшедшим?

Мелисса уже писала на другом листе бумаги.

- Эта деревня — само воплощение Зла. Никому не доверяйте.

Она убедилась, что Сибилла всё прочитала, смяла оба листа и засунула их на дно своих карманов, а затем раздавила кулаком, чтобы не осталось никаких видимых следов.

— Вы можете мне объяснить?

Та резко покачала головой и, словно ей не хватало времени, быстро написала на другом листе:

- Я нечасто выхожу. Может, выпьем кофе как-нибудь?

Затем на ещё одном листе, который она на этот раз положила на стол вместе с первым, на видном месте, она написала два слова:

- Рада знакомству.

Сибилла подошла ближе. Она задалась вопросом, не сошла ли эта девушка с ума.

— Я не понимаю. Почему вы так поступаете? Что происходит? Вы чего-то боитесь?