Решение принято. Я намеренно лишу себя слуха.

* * *

Когда я прихожу в себя, кричащее привидение все еще здесь, но, к моей радости, я его не слышу.

Проверяю планшет. По-прежнему ни слова от Келли или кого-либо еще. И хронометр все еще бешено крутится назад. Если верить ему - мне снова пять лет.

- Гу-гу, га-га, - говорю я со вздохом.

По крайней мере, мне так кажется. Странно - абсолютная тишина в ушах. Я касаюсь языком неба, удивляясь этому ощущению. Я знаю, что говорю - чувствую движение языка. Но кроме ощущения крови, продолжающей сочиться из ушных каналов, я не чувствую ничего.

Закрываю глаза, но сразу же открываю - потому что вижу только прекрасное лицо Сеси, как закат, застилающий горизонт. Снова открываю глаза. Проверяю снаружи открытый люк, но "Боргвардт" по-прежнему упрямо отсутствует.

Меня осеняет мрачная мысль: возможно, меня не бросали. Разве перед моим погружением не поступало сообщение о безкожих в этом секторе? Может, мой корабль уничтожен. Да нет, не может быть все настолько хреново. Скорее, они были лишь вынуждены уйти - и тогда еще есть надежда, что они за мной вернутся.

Так или иначе, единственная надежда на спасение - провести разведку на борту мертвеца. Я должна найти сверхсветовой коммуникационный массив корабля, чтобы связаться либо с ушедшим "Боргвардтом", либо, если не выйдет, с другим кораблем "Хестл" поблизости. Да к черту, я бы даже согласилась на плен другой корпорации, лишь бы не сдохнуть здесь с голоду. В плен к безкожим я бы не сдалась. Ни одна в здравом уме не сдалась бы, но не будем забегать вперед. Для начала я должна кого-нибудь вызвать, прежде чем принимать или отклонять их помощь.

Первым делом передам сигнал бедствия. А уже во вторую очередь займусь поиском еды, воды и хотя бы более-менее пригодным для дыхания воздухом. Батарея скоростного костюма работает практически вечно, так что воздух он может перерабатывать тоже практически вечно, но лучше не полагаться на это. К тому же, если я не найду здесь пригодной атмосферы, каждый глоток воды и каждый кусок пищи будет причинять такую же боль, как моя недавняя операция на ушах.

- Ладно, Сеси, - говорю я вслух, все еще не слыша собственных слов, - время найти дорогу домой к тебе, малышка.

Закрываю открытый люк, но, проверив планшет, понимаю, что давление внутри не восстановилось. Если глубже есть второй шлюз, я еще смогу найти воздух для дыхания. Нерешительно машу безголовой женщине, хотя она не обращает на меня внимания.

Делаю шаг, затем еще один. Гребаная мертвая посудина. Внутри она именно такая, как я и представляла - вся обсидианово-черная. У меня нет схемы корабля, и я не вижу ничего, кроме редких огоньков, похожих на аварийное освещение на "Боргвардте".

Провожу рукой в перчатке по одному из рядов огоньков. Очевидно, это символы, возможно, буквы, но я не узнаю ни одного. Может, это действительно инопланетный корабль. Я запускаю на планшете переводчик, но без доступа к гораздо более мощным лингвистическим базам "Боргвардта" это безнадежное дело. Все руны до сих пор отображаются как вопросительные знаки.

Спустя почти пятнадцать минут (или минус три месяца по моему сломанному планшету) вязальные спицы взламывают код странной двери, и я оказываюсь глубже внутри мертвеца. Коридоры "Дериликтуса" блестящие, черные и непроницаемые. Куда ни глянь - гладкая пустота, нарушаемая лишь редкими непонятными символами.

Я не знаю, сколько времени и как далеко я бродила. Это место - лабиринт, и я не уверена, что смогу найти дорогу назад к шлюзу, через который вошла и встретила призрачную женщину.

В голове бешено роятся мысли, и у меня уже есть рабочая теория, но она настолько ужасна, что я не хочу даже думать о том, что она может оказаться правдой, - поэтому я стараюсь не зацикливаться на этом. Но в этой, казалось бы, бесконечной тьме больше нечем занять время.

Прошли... дни, наверное. Время давно потеряло смысл. По планшету - сейчас тысячи лет до нашей эры. С тех пор как я попала на борт, я не чувствовала ни голода, ни жажды. Вообще-то, последнее ощущение, которое я помню по-настоящему, кроме опустошенности и чувства брошенности, - это боль от моей импровизированной операции на ушах. Но это, как я уже говорила, было бесконечность столетий назад, или, может, несколько минут. И это было до того, как я спустилась в этот лабиринт, когда я еще была только у его входа.

Я потеряла всякую надежду найти что-либо из своих целей. Здесь нет коммуникационного массива, нет еды, нет пригодной для дыхания комнаты. Только я, запертая в своем скоростном костюме, пока не умру.

Я засыпаю.

* * *

Меня будят сильным ударом по шлему. Он сотрясает каждый зуб в челюсти.