Вой внезапно прекратился, погрузив долину в тишину, которую нарушали лишь тихие хрусты и потрескивания мертвой растительности под их ногами. По мере приближения к мерцанию пламени Бэнкс заметил, что вход в пещеру оказался даже шире, чем он предполагал, имея форму полукруга высотой почти пятнадцать футов в верхней части; самого костра не было видно, а мерцание исходило от отражений на стенах пещеры. Он замедлил шаг, остановив отряд позади себя по мере приближения, и собрал всех в плотную группу.

- Мы с Вигго пойдем на разведку, - сказал он. - Остальные прикрывайте нас. Мы знаем, что на этом холме еще остались какие-то существа, и знаем, что аргентинцы подбираются сзади, так что если на вас что-то нападет, выстрелите три раза, чтобы дать нам знать. Точно так же, если услышите, как мы стреляем изнутри, мчитесь навстречу шуму, потому что это будет означать, что мы попали в беду. Всем ясно?

Он получил одобрительные кивки со всех сторон и, не теряя времени, начал медленно подниматься к входу в пещеру, а Вигго шел прямо за ним.

По мере приближения он заметил, что несколько отверстий, которые он принял за входы в пещеры, на самом деле оказались вентиляционными отверстиями, из которых ритмично вырывались струи пара - очевидно, вулканического происхождения, связанные либо с выходом подземных вод, либо с каким-то видом геотермального нагрева. Как бы то ни было, именно эти отверстия, судя по всему, создавали над головой теплый слой тумана и обеспечивали долине ее микроклимат.

Бэнкс ожидал атаки в любой момент, но она так и не последовала; им удалось пробраться прямо к входу в пещеру и рискнуть заглянуть внутрь. У входа была установлена еще одна высокая фигура, сделанная из палок. В отличие от тех, что стояли в ледниковой долине, эта фигура была изготовлена из древесных стеблей растения, похожего на вереск, которое так обильно росло в долине. Ее голова почти доставала до потолка туннеля, и если бы она была сооружена пропорционально тем существам, похожим на которых ее сделали, Бэнкс понял бы, что их противники будут столь же грозными, как он и опасался. Мерцающий свет двух горящих поленьев, закрепленных в бра на стене пещеры, освещал фигуру сзади; эти бра были первыми в цепочке, тянувшейся вглубь и освещавшей туннель, круто спускавшийся в склон холма. Теплый, влажный воздух обдувал его лицо. Пахло резко, почти металлически.

- Дамы вперед, - сказал он и пропустил Вигго в пещеру перед собой.

Он оглянулся: остальные трое мужчин были лишь темными тенями на склоне; он надеялся, что Дэвис проявил достаточно здравого смысла, чтобы не включать их фонари. Затем он отогнал все мысли о них на задний план; в ближайшем будущем его ждала задача, стоящая прямо перед ним. Словно для того, чтобы напомнить ему об этом, откуда-то из глубины туннеля донесся глубокий напев; на этот раз это был не вой, а нечто более мелодичное, почти песня.

- Во что мы, блядь, вляпались, Кэп? - прошептал Вигго.

Но даже шепот эхом разнесся вокруг них, словно его усилили. Похоже, туннель был естественной акустической пещерой, и Бэнкс, вместо того чтобы ответить, приложил палец к губам. Он жестом пригласил Вигго пройти глубже в туннель.

Они спускались две минуты; мерцающие факелы освещали им путь, по бокам не было видно никаких туннелей, а звук пения манил их вперед. Стало теплее, и под защитным снаряжением выступил пот. Более яркое мерцание впереди и громче звучащее пение указывали на то, что впереди, возможно, находилась более просторная пещера. Он последовал примеру Вигго, замедлив шаг и прижавшись к боковой стенке, пока они крались ближе. Тепло теперь волнами поднималось по туннелю, и он понял почему, заглянув через плечо Вигго в просторную пещеру с ревущим костром посередине. Однако его внимание привлек не огонь, а существа, собравшиеся вокруг него... и слишком уж человеческий торс, который жарился на вертеле над костром.

Собравшиеся чудовища... он не решался назвать их людьми... теснились в два-три ряда вокруг костра, словно в ожидании, когда же им достанется жареное мясо. Среди них были и мужчины, и женщины, и дети. По его оценке, их было около пятидесяти. Всех их объединяло одно - они были одинаково огромны: самые крупные мужчины, по его предположению, достигали десяти–двенадцати футов в высоту, и даже дети превосходили бы ростом двухметрового Бэнкса. Некоторые были одеты с шеи до лодыжек в грубые шкуры, но в основном они ходили обнаженными, за исключением коротких килтов, едва прикрывающих наготу. В основном они были бледными, с серым оттенком кожи, и почти безволосыми: лишь на головах у женщин был редкий пучок волос, а мужчины были абсолютно лысые, без волос на лице и груди, с круглыми, плоскими лицами и торчащими ушами, которые в других обстоятельствах выглядели бы почти комично. Пока они продолжали петь, Бэнкс заметил, что зубы у мужчин были заточены в острые кончики.