Я ожидал увидеть Эдуарда Альбе, А2 с полным отчетом, докладом, описанием битвы при Дану, нашего отступления, кровавых последствий атаки Ушары на наши корабли...

Но это пришла Селена, ее раб-рыцарь, сэр Верус, молчаливо следовал за ней.

Принцесса осторожно переступила порог, нервно сцепив руки перед собой. Она была так непохожа на себя, одетая в сапоги и брюки, в красную тунику и белое болеро, с украшенным драгоценными камнями поясом из золотых монет на тонкой талии.

«Милорд?»

«Принцесса». Я с трудом сел. Селена сделала шаг ко мне.

Протянув руку, она сказала: «Пожалуйста, не нужно...»

Верус занял свое место у двери, не спуская руки с рукояти меча.

Слабо кивнув, я откинулся на подушки.

«Стратиг Лин сказал мне, что ты очнулся», — сказала она, продвигаясь мелкими шажками. «Ты навещал свою дочь?»

«Да», — ответил я.

«И они не знают, когда она очнется?»

«Я не думаю, что они знают, очнется ли она», — сказал я, не успев осознать смысл своих слов. «Она была мертва, принцесса. Пятнадцать минут. Пятнадцать минут. Почему они так долго?»

«Не знаю», — сочувственно произнесла Селена. «Я была заперта в своих покоях, только я и Верус. Но думаю, что трамваи не ходили. Что-то связанное с попыткой... сдержать бунтовщиков».

Бунтовщики... Разве ей не сказали? Пытались ли Лин и Альбе изолировать ее от тех ужасов, которые разыгрались на черных кораблях, вывозивших бедных, обреченных жителей Дану?

«Они доставили вас обоих в медику так быстро, как только смогли. Ты еще держался, но Кассандра...» Она покачала головой, стоя над мной, с выражением беспокойства и ужасной скорби на своем прекрасном лице. «Думаю, если бы мы были на любом другом корабле, она...»

«Знаю», — ответил я, остро осознавая, что на мне тогда был черный шелковый халат, — так же как я всегда осознавал его первоначального владельца.

«Что там произошло?» — спросила она. «Похоже, никто не знает наверняка».

В этом не было ничего удивительного. Из команды, спустившейся на поверхность, только Кассандра и я испытали на себе весь ужас произошедшего. Анназ, бедный Холден и остальные были заняты уходом за людьми Арго.

«На нас напали», — пояснил я. «Дораяика пришел за мной сам».

«Дораяика?» Лицо принцессы стало белым, как у призрака. «Пророк?»

«То, что от него осталось», — кивнул я и замолчал. Как я мог объяснить, чем стал Дораяика? Селена знала очень мало о настоящем конфликте, о Наблюдателях и о повелителе, которого они отвергли. «Существо в Дораяике может видеть через пространство, знаешь? Оно нашло меня».

«Дораяика был... на Дану?»

«Только на несколько мгновений», — сказал я. «Он преодолел световые годы. Пришел за мной. Пытался убить». По правде говоря, думаю, что Наблюдатели хотели, чтобы я убил себя, или, по крайней мере, позволил убить себя в отчаянии. Возможно, они думали, что такая смерть разорвет связь, которая связывала меня с их врагом. Возможно, они были правы. «Кассандра и я отбились от него — так я и был ранен. Но пришел другой Наблюдатель и атаковал наши корабли. Поэтому мы совершили прыжок в варп».

«Другой Наблюдатель...» — повторила Селена отстраненным голосом. «Ушара».

«Верно», — кивнул я. «Это она последовала за нами сюда. На «Демиург». Это она довела людей до безумия».

«Безумия...». Она вздрогнула.

Приподнявшись, насколько смог, я посмотрел в прекрасное лицо Селены. Я редко видел ее лицо таким ненакрашенным, даже без тени угля вокруг глаз. Вместо этого на нем залегли усталые тени, свидетельствующие о бессонных ночах и долгих заботах.

«Ты не хочешь присесть, принцесса?» — спросил я.

Селена кивнула, сглотнула и присела на край кровати.

«Прости, что не преклоняю колени», — произнес я, заставив ее улыбнуться.

Она сжала мою руку. Я почувствовал легкое давление ее многочисленных колец.

«Люди, которые были с тобой... сказали, что это Кассандра ударила тебя клинком», — сказала Селена. «Ударила вас обоих».

Я посмотрел Селене в лицо и натянуто улыбнулся. Селена облизнула губы и отвела взгляд. «Лин и Альбе пытались скрыть это от меня. Самое худшее. У них не очень хорошо получилось...» Ее голос затих. «Я видела, как убирали. Разговаривала с некоторыми... выжившими. С детьми... теми, кого ты спас». В ее изумрудных глазах появились слезы. «Как мы можем бороться с такими существами, когда они настраивают наших же людей против нас?»

«Я думал, что смогу убить их обоих. Миуданара — то есть Дораяику — и Ушару. Наблюдателей. Я пытался заманить их. Использовать себя в качестве приманки. Есть оружие, одно из арсенала Мерикании. Оно может уничтожать и материю, и энергию. Я хотел привлечь их к себе и...»

Селена отпустила мою руку. «Это был твой план? Убить себя?»

Я не ожидал, что когда-нибудь услышу такой яд в ее устах. Вздрогнув, я взглянул ей в лицо и увидел глаза — ее изумрудные глаза — твердые и сверкающие, полные яростных слез.