Спрыгивая с коня, Андрей почему-то вспомнил про Ивана Жука: как-то он ночь пережил, жив ли ещё? Вроде землянин и говорил себе, что наплевать на вора, но сейчас вдруг поймал себя на том, что переживает за урода, хотевшего его ограбить, а потом и убить. Проявилась какая-то несвойственная Великому Анду мягкотелость. Может, почувствовал родство? Ну, вроде: он попаданец – и тот попаданец. Так сказать, коллеги.

– Анд, мы идём? – вывел его из раздумий ол Шеми.

– Да, конечно, вперёд. Чего стоим? – ответил Немченко и направился за соратниками, замыкая их маленькую колонну.

Прошли не очень далеко, что понятно: трактирщика закопали совсем недавно, а свежие захоронения если где и были, так только во рвах, которые Андрей со спутниками только что проезжал. Там, кстати, двое коммунальных рабов, облачённых в дерюги, скидывали с телеги наваленные кучей трупы оборванцев, среди которых с высоты коня Великий Анд различил и казнённых.

Лишних свидетелей предстоящего действия он не опасался: издалека те мало что увидят и совсем ничего не поймут. Благородные олы не стремились объяснять всякому отребью суть своих магических дел. А вот проводник находился слишком близко, ему бы не следовало видеть и, главное, слышать предстоящий допрос.

– Аля, говоришь, получила ночью умение объятий сумрака? – спросил у благородной олы Шеми. – Вот тебе первая возможность испытать его на практике. – Дёрнул подбородком в сторону раба.

Тот движение головы ола Анда увидел и испугался, не поняв его смысла.

– Пощадите! – прохрипел он, побледнев.

Но было уже поздно. Гадюка прикоснулась к нему и мгновенно погрузила в сон.

– Я один гит использовала, – с заметным удовольствием от своих магических манипуляций сказала ола Шеми. – На час его выключить хватит?

– Более чем, – подтвердил Немченко. – Думаю, у тебя ещё появится возможность испытать вывод из сна. Справимся быстрее, не оставлять же столь полезного помощника валяться здесь среди трупов.

– Ох, наверное, рано я его обняла сумраком-то, – спохватилась Гадюка. – Кто теперь труп выкапывать будет? И лопату надо было с собой прихватить.

– Ничего не нужно, – ответил Немченко. – Само встанет. Я про тело.

Направив взор смерти на холмик, обнаружил под ним восемь трупов, пять уже совсем превратились в скелеты и погрузились в близко расположенные в этой болотистой местности грунтовые воды. Размышлять долго не требовалось: и так понятно, что нужный труп – тот, который сверху, в него Андрей и направил заклинание восстания из тлена. Почувствовал себя некромантом из какого-нибудь ужастика, и это впечатление усилилось, когда земля зашевелилась и оттуда показалось посиневшее, покрытое грязью, слизью и белыми пятнышками опарышей тело. Краем глаза оценил реакцию спутников, но те держались достойно. Ну да, жители этого мира с раннего детства видят трупы, часто более обезображенные при казнях и длительной их демонстрации, чем только что появившийся.

Гротескно изуродованное гниением безглазое тело, покрытое обрывками одежды, твёрдо держалось на ногах и даже не покачивалось. Встало, будто часовые на посту перед королевскими покоями.

«Финансовый аудитор, боевой офицер, великий маг, барон, а теперь ещё и повелитель нежити», – подумал о себе с сарказмом землянин. Какие подарки ему судьба ещё приготовит? Ах да, высшего подарка он уже достиг: Джиса одарила. Олег и Ольга.

– Кто тебе приказал причинить вред послам Далиора? – выкинув ненужные мысли, спросил он мертвеца.

– Я не знаю, – разнёсся вокруг тихий шёпот. Понятно, сгнившее тело давно не могло издавать звуки, а подаренное Аидой умение позволяло допрашивать даже прах. – Он показал мне пергамент от ола Ашби, там было написано, чтобы я во всём слушался того, кто мне этот приказ предъявит. Иначе мне припомнили бы, что торговал миллетским вином, выдавая его за фагосское. А это разорение или смерть.

– Это был ол? – уточнил Немченко.

– Я не знаю.

– Ну ладно. Вспомни, как он выглядел, – приказал мертвецу.

Тут же справа от гниющего тела почтенного Лойма возник прозрачный куб, в котором появилась фигура мужчины среднего роста в походном костюме с выразительным волевым лицом без бороды и усов. На вид ему лет сорок. Запоминающаяся внешность. Андрей её сохранил в памяти: в случае чего, сможет скопировать на себя с помощью заклинания сумрачного облика, но на всякий случай уточнил у своих помощников:

– Видели? Узнаете, если встретите? Особенно это тебя касается, Аля. Хоть весь Ниит мне перерой, а найти его нужно.

– Да, да, – вразнобой ответили супруги Шеми.

– Что он тебе приказал? – опять обратился Немченко к мертвецу.

– Дал сосуд с зельем, сказал, что оно усыпляет и лишает олов возможности думать. Приказал влить в вино или эль, что будут пить далиорцы. Он не сказал, что будет ещё и поджог. Сказал, чтобы я не обращал внимания ночью на звуки, если услышу.

– Понятно. А кто тебя убил, знаешь?

– Нет, на меня напали сзади, – разносился всё тот же бесцветный шёпот. – Их было двое. Сразу и кинжалом ударили, и удавку на шею накинули.