Да, он может согласиться помочь.

Она набрала номер по памяти. Телефонные номера, как и номера машин, ей было легко запоминать.

Несколько мгновений она ждала, словно заставляя телефон соединиться, несмотря на поздний час.

Но соединения не было.

Она нахмурилась, подумала и набрала снова.

Опять терпеливо ждала, слушая гудки. И лишь после пятого кто-то ответил.

– А-алло? – прохрипел голос. – Кто это?

У Коры расширились глаза, и сердце дёрнулось от знакомого тембра. Сколько прошло? Пять лет? Шесть?

Она быстро сказала:

– Это Кора Шилдс. Привет, Сэм – как ты?

Пауза. Потом резкий вдох.

– Вот это да. Как дела, Кобра?

Она поморщилась от старого прозвища. Впрочем, татуировка змеи на правой руке была набита именно из-за этого имени.

– Нормально, – торопливо сказала она. – Сэм, я бы рада поболтать, но это вроде как…

– Чёрт, это из-за похорон? Слушай, Кобра, я собирался. Правда собирался. Просто всё навалилось, понимаешь. Работа и всё такое. Я знаю, вы с Гадюкой были близки.

Кобра и Гадюка. Кора вздохнула. Другая жизнь, другое время. Стоя под путепроводом, обливаясь потом и тяжело дыша, она ощущала всё это миражом. Почти нелепостью.

Но в людях, которые дали ей это имя, не было ничего нелепого.

Ничего нелепого не было и в виноватой, сбивчивой манере, с которой говорил Сэм. Она своими глазами видела, как этот флотский медик в одиночку вытащил шестерых из-под миномётного огня, бежа на сломанной ноге и совершенно не думая о собственной безопасности.

Собственно, из-за этого его и списали. Его героизм обернулся тем, что он был слишком искалечен, чтобы продолжать службу. По последним слухам, в ноге у него теперь больше осколков, чем кости.

– Сэм, я звоню не из-за похорон, – перебила она настойчиво. – Мне нужна услуга.

Снова пауза.

– Какая услуга? – в голосе уже прозвучало подозрение.

Она неловко переменила хватку.

– Я… я хочу отследить одного человека. У него…

– Даже не думай, Кора, – внезапно сказал Сэм. И она поняла, что он серьёзен: он назвал её настоящим именем. – Я больше не в этой игре. Я вырезаю по дереву.

– Что, прости?

– Ты слышала. Я вырезаю по дереву. Попробуй Джонни. Он где-то в Южной Америке. Уверен, он будет рад от тебя услышать.

– Очень смешно.

– Да ни хрена. Я серьёзно. Джонни… он теперь другой.

Кора нахмурилась.

– Сэм, послушай, это важно. У Эдди была дочь. Её забрали…

– Эй – эй, не говори мне эту хрень! Хватит. Это давит. Я не могу тебе помочь, Кора. Прям вот буквально не могу. У меня больше нет доступа. Я правда вырезаю по дереву. У меня своя мастерская. Позвони Джонни – слушай. Мне пора. Прости, что не пришёл на похороны.

– Сэм! Подожди.

– Нет, мне надо бежать. Бывай!

Он отключился, и Кора с трудом подавила крик раздражения. Она в ярости уставилась на телефон, прожигая его взглядом. На миг замерла, обдумывая варианты.

Джонни?

Этот итальянский мудак доставил ей больше горя, чем все остальные вместе взятые. Впрочем, это было почти неизбежно, когда «морские котики» решали наплевать на устав и начинали встречаться друг с другом.

А Джонни определённо встречался с Корой. А потом, когда всё закончилось – в буквальном смысле – огненно, Кора и Джонни поклялись больше никогда не видеться.

Она переминалась с ноги на ногу, пытаясь придумать другой выход.

Может, ей всё-таки рискнуть и позвонить агенту Брэди – Сол ведь говорил, чтобы она звонила, когда понадобится.

Она прикусила губу, перебирая варианты.

Но затем тяжело вздохнула и покачала головой.

Она и так знала, что скажет Сол.

К тому же старик ложился спать ровно в девять вечера. Он всё равно не ответит.

– Чёрт, – пробормотала она, снова поднимая телефон.

Помнит ли она номер Джонни? Столько всего, связанного с этим мужчиной, она пыталась силой вычеркнуть из памяти. Но стоило ей задуматься – и цифры всплыли сами собой, поднимаясь на поверхность, как очередные воспоминания из постели.

Неохотно и с упрямой, почти детской досадой она вбила номер в телефон. Палец завис над зелёной иконкой трубки. Она выждала секунду – и, собрав волю в кулак, нажала вызов.

Пока телефон соединялся, она бросила взгляд вдоль путепровода, наблюдая, как к ней приближается машина с яркими фарами. Дальний свет. Она напряглась, и её тень вытянулась за спиной длинной чернильной полосой. Она подняла ладонь, прикрываясь от ослепляющего света.

Машина ехала медленно… слишком медленно, разве нет?

Она тронулась с места, развернулась и быстрым шагом пошла вверх по путепроводу. Прислушивалась к приближению, уши насторожены. Подняла телефон перед собой и, пользуясь отражением, следила за движением надвигающейся машины.

Но та не остановилась. И даже не сбавила ход.

Просто продолжала ползти всё тем же черепашьим темпом, миновала её – и выехала из-под путепровода с другой стороны.