Она поморщилась от тона Брэди. Он явно всё ещё злился. Она тихо выдохнула. – Что случилось?

– Ты чем-то занята? Знаешь что, неважно. Я не хочу знать. Никогда больше, Кора. Я не хочу знать ничего из этого.

Она поморщилась, отходя от двери и углубляясь в место убийства. На полу она заметила новые пятна крови и осторожно перешагнула через них, пытаясь держаться по делу, но всё равно ощущая укол сожаления из-за того, как звучал голос её бывшего напарника.

После того как всё развалилось в ФБР, Сол оставался единственным её другом. Остальных она по-настоящему не винила. Это была её чёртова вина – пить на работе. Таблетки.

Но теперь… теперь всё было иначе.

Она не притрагивалась к алкоголю с тех пор, как ушла. Ну или… с тех пор, как её вышвырнули.

Такие вот моменты – когда она крадётся по номеру отеля, работая на вольных хлебах, – и давали ей тот выброс адреналина, без которого она уже не могла.

Так что Солу лучше не знать. Лучше, чтобы никто из них не знал. Особенно заместителю директора Малкольму Огдену. Этот самодовольный ублюдок точил на неё зуб с тех самых пор, как она начала делать себе имя в бюро. Кора пошла наперекор шансам: выбралась из захолустного городишки и из травматичного прошлого и принялась раскрывать дела.

То, что она справилась без помощи родителей – и без их денег, – сильнее всего и бесило директора Огдена. Самостоятельность была её непростительным грехом.

И потому с тревогой она услышала следующую фразу в трубке – ровно то, чего ей меньше всего хотелось.

– Огден копает Флориду.

– Ч-что?

– Флориду. До Огдена дошли слухи, и он взялся за это. Я позвонил предупредить. Вот и всё, Кора. Я больше не могу обсуждать с тобой дела. Я просто…

– Эй, подожди – Огден знает, что я была во Флориде?

– Он что-то подозревает. Но не знает.

Кора поморщилась.

– Он знает… или… думает, что ты… – она осеклась.

Усталый вздох. Она так и видела своего бывшего напарника: проводит ладонью по морщинистой щеке, прижимает к подбородку, потом снова ведёт вверх – задумчиво, поглаживающе.

– Не знаю. Я только слышал, что он копает. Вот и всё. – Пауза, затем тихо: – Ты ведь осторожничаешь, да?

Кора прикусила губу. Она посмотрела на одну из кроватей в мотеле, потом – на пятно крови на ковре.

– Э-э… да, – солгала она. – Спасибо, Брэди. Правда. Я больше не буду тебя доставать. Обещаю. И… и насчёт того, ну ты понимаешь… – она скривилась и просто выпалила: – Я не хотела швырять тебя в океан и уезжать.

Фыркнувший смешок. Один только звук поднял ей настроение. Но кислота в голосе бывшего напарника сразу подпортила благодарность.

– А выглядело так, будто очень даже хотела. Но я понимаю, Кора. Я прощаю тебя за то, что ты бросила меня в океан.

– Скорее подтолкнула… – пробормотала она.

Но он продолжил, будто не слышал.

– А вот что мне трудно простить, – раздражённо сказал он, – так это мысль, что ты собиралась заставить меня болтаться на воде и смотреть, как тебя убивают. Вот это, – сказал он, и голос его дрогнул от чувства, которого до сих пор в нём не было, – вот этого я тебе никогда не прощу. Я не буду смотреть, как ты себя губишь, Кора. Ясно?

Она медленно выдохнула, и вдруг пересохло во рту. Кора никогда прежде не слышала, чтобы Брэди так выходил из себя. Это было от тревоги – она знала. Он относился к ней как к родной дочери – это она тоже знала. Но он просто не понимал.

Да и как ему понять?

Она была сломана. Ранена. Плечо ныло часто – даже без стягивающей повязки. А вдобавок она до изнеможения устала притворяться тем, чем не была.

Она служила на флоте и в ФБР. Но теперь, сама по себе, без бюрократических пут, ей казалось, что её наконец-то отпустили – по-настоящему что-то менять.

– Сол, спасибо за предупреждение.

– Просто будь осторожна, Кора. Чёрт возьми, будь осторожна.

Она вздрогнула. Её бывший напарник редко ругался. Но, опять же, она знала: его злость была и за неё, и на неё.

– Спасибо, Сол.

И он повесил трубку.

Она осталась одна в комнате мотеля проституток, хмуро уставившись в пол. Огден копал Флориду – значит, её дни «в тени» стремительно подходили к концу. Она понимала: лучшее, что можно сделать, – собрать вещи, вернуться домой и залечь на дно. Не дать Огдену ни единого повода заподозрить, что она занята чем-то, кроме как наслаждается преждевременной отставкой.

С другой стороны…

Она оглядела место преступления, снова посмотрела на кровати, на пол. Фыркнула. Место преступления, которое надо осмотреть. Полиция, которая, похоже, не слишком горит желанием раскрывать это дело.

Она кивнула самой себе, принимая решение. Да… да, она продолжит. К чёрту Огдена.

А что до Брэди?