– Не могу сказать, что знаю, где он. Но, возможно, смогу помочь тебе его найти.

И снова – ни намёка на чувства.

– Ладно. Как?

Теперь уже миссис Финч скрестила руки на груди и уставилась на Кору с мрачным выражением лица.

– Гэбриел много о тебе говорит. С тех пор как ты вернулась. Он говорит, ты умеешь чинить проблемы. Это правда?

Кора никак не отреагировала.

– Ты умеешь находить людей; может, поможешь нам разобраться с тем, что происходит там. – Она ткнула толстым большим пальцем себе за плечо, и в её лице больше не было той добродушной, радушной веселости – как у довольной фермерши. Теперь в её взгляде появилась суровость. Холодная, железная властность. Это была женщина, привыкшая руководить. Женщина, привыкшая жертвовать, отдавать и выдерживать больше. Просто больше. Больше —и именно это давало право на власть. Она была матриархом, но не только. Она была стержнем. Опорой.

И Кора не уловила ни капли уступчивости в её по-прежнему ровном, почти дружелюбном голосе.

Это был не разговор. Это были торги.

А в торгах условия звучали предельно ясно. Либо по-моему, либо никак.

Именно на такое Кора реагировала хуже всего. Она не любила, когда ею командуют. Она ценила свободу.

Она уже вынесла одну разновидность зависимости – таблетки, выпивку. А потом столкнулась с другой. Контроль, манипуляции. Люди вроде заместителя директора Огдена.

Кидаться обратно в объятия третьей – она не собиралась.

И потому сказала:

– Не согласна. Найду его сама.

Кора повернулась и пошла прочь.

Миссис Финч не окликнула её. Не послышалось шагов вслед, но, когда Кора отошла на несколько шагов, матриарх прочистила горло.

Кора обернулась.

Женщина не изменила условий, не спросила, чего хочет Кора, а вместо этого начала говорить – сперва тихо.

Коре пришлось подойти на пару шагов ближе, чтобы расслышать, и лишь после этого она поняла: возможно, в этом и был расчёт. Недооценивать умение матери заманивать непокорных туда, куда ей нужно, было нельзя.

Но теперь миссис Финч говорила: «Две недели назад Тэмми уехала в Нью-Йорк; мы сказали ей, что это плохая идея. Но в последнее время она уже давно всё делает по-своему». В голосе матриарха не было ни интонации, ни перемены выражения лица, но почему-то Кора почувствовала, будто эти слова адресованы ей.

Миссис Финч продолжила: «Несколько дней назад мы совсем потеряли с ней связь. С тех пор ни слуху ни духу. Мы надеялись, что, может, она вернулась в город, может, Гейб что-то слышал. Они всегда были ближе друг к другу, чем все остальные из нас».

«Из нас», – тихо повторила Кора. – «Вы представляете нас?»

«Полагаю, да. Это проблема?»

Кора лишь пожала плечами. «Нью-Йорк – довольно далеко».

Миссис Финч медленно кивнула.

«Моя племянница – девушка непростая. Талантливая. Прекрасно поёт. Сердце у неё большое – для других. Иногда я думаю: самые сострадательные и страдают сильнее всех. Они берут на себя чужую боль. Не больно только тем, кому всё равно».

И снова она смотрела на Кору чуть пристальнее, чем хотелось бы.

Кора сказала: «Я могла бы сделать пару звонков, наверное».

«Это поможет?»

Кора открыла рот, потом снова закрыла. Она и сама не знала почему, но этой женщине ей хотелось сказать правду.

«Скорее всего – нет».

«Тогда что может помочь?»

Деловито, по существу. И вдруг стало так, будто они сидят за столом переговоров, и у Коры, оказывается, всё-таки есть пространство для манёвра.

Сначала она не знала, что сказать. Она правда хочет тратить на это время? У неё была зацепка. По мистеру Финчу. Зацепка по человеку, который мог убить её сестру – или забрать её.

Но как бы сильно она ни хотела найти его, было очень вероятно, что без ответа агента Брэди – или без участия этих женщин – это окажется куда сложнее.

К тому же у Коры, благодаря Джонни, была связь с частным аэродромом.

Её кольнуло чувство вины. Она подумала о Джонни, о том, что он сделал бы в такой ситуации.

Он помогал ей. Прилетел из Южной Америки только затем, чтобы быть рядом.

Она знала, что это неправильно и что ей никогда не отмыться от его крови, но какая-то маленькая часть её надеялась, гадала: вдруг, спасая чью-то жизнь, она хоть немного очистится от того, что отняла одну.

Она чувствовала, как мысли кружатся, как ускользает нить.

Она выпустила дрожащий вздох. «Вы знаете, как найти вашего бывшего мужа?»

Простой кивок. «Я могу его найти. Вы – нет. Он не живёт по адресу. Никогда не доверял никакой регистрации».

Кора вздохнула. «Засел в горах? Живёт вне системы? Ополчение?»

Но железная маска не дрогнула.

Кора почесала подбородок, снова вздохнула и сказала: «Наверное, это не очень честный вопрос, да?»

«Мы договорились?»

«Ещё одно. Я хочу, чтобы вы ответили на два вопроса абсолютно честно, без единой лжи. Если я решу, что вы врёте, я отплачу тем же».