Кай был братом, которого у меня никогда не было, и все то дерьмо, через которое мы прошли вместе, все то, что мы сделали и были вынуждены сделать, связало нас на всю жизнь. Я бросил взгляд на женщину, сидящую на пассажирском сиденье. И что-то в ней заставило меня усомниться в собственных словах. Она заправила прядь волос за ухо и смотрела на меня в ожидании ответа или, возможно, опровержения, но я мог только улыбнуться.

— Есть те, кто преуспевает в этой задаче, и те, кто терпит неудачу, — начал я, игнорируя тему Коди и Рейн. Мне было на них наплевать. — И на какую сторону человек попадает, зависит исключительно от объективных факторов.

— Неужели?

Мы вступили на опасную почву, и поэтому нужно было сменить тему. Я открыл дверь и вышел из машины, и она, не задавая вопросов, последовала за мной.

— Так почему твой информатор не мог дать тебе эту информацию по телефону или даже в чертовом SMS?

Она отошла от моей машины и направилась к входу в здание. Я поспешил за ней, нетерпеливо ожидая ответа, который она без всякой причины тянула.

— Эва?

Я осторожно потянул ее за руку.

— Он сказал, что даст мне нужную информацию только лично.

— Я не хотела приходить сюда одна, поэтому позвонила тебе.

Она оглядела меня с ног до головы.

— Если что, то, увидев тебя, он, скорее всего, не станет ничего предпринимать.

Я вскинул руки.

— Ты сознательно согласилась прийти сюда, хотя знала, что этот парень подозрительный? А что, если бы я отказался?

— Дело не только в Рейне.

Она вырвалась из моего захвата и снова пошла. Но я поймал ее и развернул к себе.

— Что еще стоит рисковать своей безопасностью?

Я не собирался просто так позволять ей добровольно попадать в опасные ситуации, пока не получу ответы на все свои вопросы.

— Джеймс был связан с Беловым. А что, если это он заказал убийство? Рейна — ключ к Юрию и Дмитрию.

Ее глаза затуманились.

Я стиснул зубы, ненавидя то, что она так эмоционально привязана к этому дерьму, Джеймсу.

— Я должен найти ее. Мне нужно, чтобы она заговорила. Чтобы она рассказала мне все, что знает.

Отпустив ее, я скрестил руки на груди.

— Разве у тебя нет целого отдела, который может этим заняться?

— Рейна не в списках. У нас нет ничего конкретного на братьев Беловых, что могло бы сработать. Поверь мне, мы пытались.

Эва открыла скрипучую калитку, и я последовал за ней по гравийной дорожке.

— Почему ты думаешь, что информация, которой обладает эта девушка, будет достоверной? Без обид, Эва, но она наркоманка и проститутка.

Она бросила на меня резкий взгляд и ускорила шаг. — Я знаю. Но, может быть... это для меня.

— Стой. — Мой тон был резким, и она остановилась, почувствовав в нем авторитет. — Что ты только что сказала?

Эва прикусила губу, и в ее глазах на долю секунды мелькнуло то, что я мог только интерпретировать как страх, прежде чем она выпрямила плечи.

— Ты не поймешь.

— Я не могу понять, если ты мне не скажешь. Что это? Какой-то план мести?

Я безрадостно усмехнулся.

— Твой маленький друг говорит тебе то, что ты хочешь услышать, и что потом? Ты с оружием в руках врываешься в поместье Беловых? — Я окинул взглядом ее миниатюрную фигуру и покачал головой. — Это смешно.

Она стиснула челюсти и развернулась на каблуках.

— Эва.

На этот раз резкость в моем голосе не подействовала.

— Иди на хрен, — прошипела она в ответ, продолжая решительно шагать по неровной дорожке.

Я был сукиным сыном, поэтому неудивительно, что, когда она ушла, обиженная моими словами и намеками на ее способности, я мог только смотреть на ее классную попку и представлять, как я хочу впиться зубами в каждую ягодицу и попробовать ее на вкус от начала до конца.

Как только я бросился за ней, открылась дверь с затемненными стеклами, и высокий мужик, похожий на Скелетора, встал перед Эвой. Она отступила на шаг, давая ему больше места.

— Ты Эва? — спросил он с улыбкой, которая была слишком радостной для моего вкуса.

— Да, — ответила она, когда я встал рядом с ней.

— Я не знал, что ты приедешь с... компанией.

Он рискнул взглянуть мне в лицо и вынужденно улыбнулся. Я не ответил на его жест. Он должен был понять, что его жизнь висела на волоске. Если бы мне не понравилось то, что он сказал, как он это сказал или как он обратился к Эве, то с ним бы разобрались.

— Рейна — твоя племянница? — спросила Эва, не обращая внимания на его слова. Скелетор кивнул. Но потом он начал делать что-то, что заставило все мои чувства насторожиться. Его темные глаза бегали от Эвы к пустому участку, как будто он чего-то ждал. Или, вернее, кого-то. Нервно теребя рубашку, он нечаянно поднял подол, обнажив окровавленную майку.

Ловушка.

Я бросился вперед и схватил его за воротник. — У тебя есть две секунды, чтобы начать говорить. И поверь мне, ты не хочешь их тратить.

Его глаза расширились, когда он запел, как чертова канарейка. — Они заставили меня. У меня не было выбора.

— Заставили тебя что? Говори быстрее, потому что мое терпение на исходе.

— Дерек, что ты делаешь?— спросила Эва, положив руку мне на плечо.

— Этот человек подставил тебя. Так что есть только два варианта: он умрет, быстро или медленно.