Она столько рассказывала о Сильви, что я практически чувствовал, будто знаю её. Сильви — женщина, которая никогда не забывала про день рождения Бёрди. Та, что присылала ей цветы просто так. Бёрди всегда хвасталась ею, как гордая мама. Я не знал её имени, но знал, что она существует.

Я всегда радовался за Бёрди, потому что она этого заслуживает. Бёрди стала огромной частью нашего города с тех пор, как переехала сюда больше десяти лет назад. Она вписалась в город как местная, и все теперь считают её своей. Она любит горожан всем сердцем.

Я дохожу до дома и вхожу внутрь, окутанный тишиной вечера. Сбрасываю одежду и встаю под струи душа, позволяя воде смыть соль, пот и затянувшийся аромат духов Сильви. Сожаление охватывает меня на этой последней части.

«Соберись, парень».

Мысли долго не желают утихать, пока я лежу в постели под мягкое гудение вентилятора. Я закрываю глаза и вижу медово-светлые волосы, рассыпавшиеся в моих руках. То, как она доверилась мне, даже не зная меня. То, какой умиротворенной она выглядела во сне, будто наконец смогла отдохнуть здесь, на Коконат-Бич, в своей тихой гавани.

От чего бы или от кого бы она ни бежала, я рад, что она далеко от них. У меня чувство, что она оказалась именно там, где ей и место.

Глава 5

Сильви

Я просыпаюсь под шум прибоя за окном — ветерок обдувает моё лицо. Сначала он кажется мягким, словно сон. Где-то вдали негромко играет музыка. Что-то низкое, знакомое и успокаивающее. И тут до меня доходит. Безошибочный аромат кофе и бекона. И чего-то сладкого, что я не сразу могу определить, но если бы пришлось гадать, я бы сказала, что это медовое печенье Бёрди, которое она пекла мне в детстве. Всякий раз, когда у меня был плохой день, тающее во рту печенье помогало мне со всем справиться. Дошло до того, что, каким бы ужасным ни был мой день, стоило мне сказать, что мне нужно её печенье, как оно оказывалось в духовке прежде, чем я успевала опомниться. В жизни не так много вещей, которые не под силу исправить медовому печенью Бёрди.

Даже дрянную сестру и жениха-изменника.

Боже, я так рада, что сбежала вовремя.

Как только мысль о вчерашнем фиаско проникает в голову, я отгоняю её прочь. Теперь я здесь, и я выбралась из того проклятого платья, а значит, могу сосредоточиться на собственном исцелении. Всё наладится.

Я улыбаюсь прежде, чем открыть глаза. Ветерок ласкает кожу, и я позволяю себе по-настоящему чувствовать. Любовь Бёрди. Это должно быть сном. Я наверняка сплю. Потому что вчерашний день казался кошмаром.

Я зарываюсь поглубже в подушки и натягиваю одеяло на голову, свернувшись на боку, простыни нежно касаются кожи. Запах дома Бёрди наполняет мои чувства, словно объятие. На секунду я позволяю себе поверить, что проснулась в новой жизни. В жизни получше той навозной кучи, в которой я жила.

Затем голова отзывается сильной пульсацией, напоминая о каждом выборе, сделанном вчера вечером и приведшем к жуткому похмелью. Я стону и наконец сажусь. Солнечный свет заливает комнату, окрашивая всё в золотой. Я поворачиваю голову и замечаю стакан воды и флакон ибупрофена на прикроватной тумбочке. Комната немного кружится, я закидываю в рот две таблетки и за раз выпиваю половину стакана.

Вчерашние события в баре возвращаются ко мне постыдными обрывками. Шоты. Платье, выжимающее из меня жизнь. Мольбы к Кэлу снять его с меня.

Кэл.

Тепло разливается в животе при воспоминании о его тёмных, медовых глазах, таких добрых и честных.

У него была масса возможностей воспользоваться ситуацией, но он этого не сделал. Вместо этого он спокойно помог мне пережить худшую ночь в моей жизни.

И он был очень, очень милым. Не то чтобы я заглядывалась на него. С меня хватит мужчин, даже не смешно. Но глаза-то у меня есть. Многие посетительницы с ним флиртовали. Он был дружелюбным и весёлым. В нём было что-то такое, благодаря чему он ощущался как «тихая гавань». К тому же, если Бёрди одобряет, значит, он человек стоящий.

Она никогда не любила Тайлера, и посмотрите, насколько верной оказалась её оценка.

Я всё ещё не могу прийти в себя от того, что сбежала перед самой свадьбой. Так на меня не похоже. Затем я позволила себе публично напиться и положилась на бармена, чтобы тот позаботился обо мне. Я не из тех, кто ведёт себя безрассудно или импульсивно. Я женщина с электронными таблицами, запасными планами и цветовой маркировкой во всём. Я не просыпаюсь с провалами в памяти после пьянки.

«А что, если вчера бы со мной что-то случилось?»

Но ничего не случилось. И теперь мне нужно разобраться со своей жизнью. Исправить всё. Честно говоря, я даже не знаю, с чего начать. Или как начать. Как мне отстроить свою жизнь заново? Как разгрести тот хаос, в который превратились моя жизнь, компания и семья?

Впервые в жизни я чувствую, что абсолютно ничего не контролирую. Эта мысль вызывает укол страха, и пугает. Я прижимаю ладонь к груди и дышу, стараясь успокоиться.

Я в безопасности у Бёрди. Я здесь. Больше нет Тайлера, нет Белладонны, нет предательства и драм. Какое же облегчение.