— Коп заговаривает с крупье, — произнес я, пытаясь оттащить взгляд Джона от блондинки в платье, которое обтягивало ее задницу именно так, как мне самому хотелось бы ее обнять. — Похоже, играть сегодня не планирует. Просто разведывает обстановку, — он направился к столу для блэкджека, где оставалось два свободных места. — Переключился на двадцать одно.

— У меня, блядь, есть глаза. Я прекрасно вижу, что делает этот гребаный коп, — рявкнул Джон и ткнул пальцем прямо в экран. Прямо на Амелию.

Терпеть не могу, когда трогают монитор руками. Вечно остаются отпечатки, а тряпку для экрана вечно кто-то заигрывает.

— Выясни, кто она такая.

Я откашлялся.

— Анжела...

— Мне насрать, какое имя она назвала на входе, — его голос стал зловещим. — Выясни, кто она блядь такая. А не как ее зовут.

Обычно в такие моменты Джон сваливал по своим делам. Я сочинял правдоподобную историю с какими-никакими паршивыми доказательствами и скармливал ее ему, пока он развлекал гостей. И он всегда велся.

Но в этот раз... в этот раз он не двинулся с места.

— Ну? Чего ты ждешь? Сделай то, что умеешь лучше всего, и принеси мне то, что я хочу, — огрызнулся Джон, словно я был его гребаным коридорным.

Я откашлялся и нажал кнопку на наушнике, чтобы связаться с парнем, который дежурил снаружи «Четырех всадников».

— Джейкоб, надо сделать обход квартала. Сними номера и пробей регистрацию на все серебристые седаны.

В такие дни я жалел, что у казино нет своего гребаного паркинга. Но хрен там. Мы торчали как прыщ на окраине Атлантик-Сити, так что людям приходилось бросать машины на улице, искать редкие места на парковках или пилить пешком через несколько кварталов от оживленного центра. Так было задумано специально. Джон Валентайн не хотел, чтобы это место превратилось в популярную точку, куда легко добраться.

В наушнике повисла пауза, прежде чем он ответил: — Что именно я ищу?

Если бы Джейкобу пришлось обыскивать многоуровневый паркинг, это заняло бы всю ночь, но обойти квартал он мог минут за десять. А за десять минут Валентайн не успеет потерять интерес.

— Просто проверяю одно удостоверение, — бросил я, наблюдая, как Амелия пересаживается со своего привычного места у бара на свободный стул прямо рядом с копом. Я вывел звук с их стола и прислушался — они вели вежливую, пустую светскую беседу, пока крупье сдавал карты.

Амелия сразу пошла по-крупному, и это мгновенно окупилось. За моей спиной Джон молчал, но я буквально кожей чувствовал, как от него исходит ярость в этой тесной, как спичечная коробка, комнатушке.

В ухе затрещал голос Джейкоба — он начал диктовать имена и номера машин. Номер Амелии я знал наизусть. К счастью, до ее тачки он еще не добрался. Может, улица была забита, и она припарковалась дальше, чем обычно.

Хорошо хоть, у нас не было закрепленных мест или валетов на парковке. Иначе это было бы так же просто, как расстрелять рыбу в бочке.

Пока я начал вбивать имена и номера в пиратскую базу данных дорожной полиции, Джон принялся мерить шагами комнату.

— Тут одна тачка с номерами Коннектикута, — сказал Джейкоб и продиктовал цифры. — Секунду, вскрою ее и гляну документы. Будет тебе имя.

Мне не нужно было знать имя, чтобы понять, что это машина Амелии.

— Повтори номер, — попросил я, намеренно вбивая цифры в систему с ошибкой и про себя надеясь, что в машине Амелии стоит какая-нибудь навороченная сигналка, которая не даст ему залезть внутрь и найти документы.

— Зарегистрирована на Амелию Джейн Хоторн, — выдал Джейкоб.

— Хоторн? — Джон резко повернулся ко мне. — Это же фамилия того пацана, который свистнул у меня сто кусков.

— Скорее всего, просто совпадение, — заметил я, пытаясь увести его подозрения подальше от ее личности.

Джон ткнул пальцем в сторону монитора.

— Пробей ее. Без всей этой твоей заумной херни. Просто забей в Гугл. Докажи мою правоту.

Проклятье. Терпеть не мог, когда он так говорил. Это значило, что он не отвяжется, хоть ты тресни.

Амелии конец.

Я вбил ее имя в поисковик и нажал ввод, надеясь, что какой-нибудь план созреет в моей голове быстрее, чем загрузятся результаты. В глубине души я знал, что этот день настанет. День, когда мне придется решать — пора фиксировать убытки и сваливать.

Просто я не думал, что этот день наступит сегодня.

К несчастью, на бумаге Амелия выглядела еще более впечатляюще, чем для большинства людей в жизни.

Экран заполонили десятки статей о ней как о юной приме школьных олимпиад по математике, а на самом верху красовалась ее анкета профессора в университете Олкотт.

Джон снова ткнул в экран, указывая на ее фото с кафедры.

— Это она.

— Наверное, просто выпускает пар после учебного года.

Джон свирепо уставился на улыбающееся лицо Амелии, словно она была врагом государства номер один.