Уборщики, которым Валентайн щедро платил за молчание и умение закрывать глаза на пятна, скажем так, сомнительного происхождения, уехали всего час назад. И теперь пахали все без исключения, чтобы привести зал в порядок к открытию.

Ему пора завязывать относиться к этому месту как к бандитскому притону и навести здесь лоск. У мужика денег больше, чем у Бога, мог бы и раскошелиться на приличный вид для клиентов.

Вот в этом я никогда не понимал эго Валентайна. С одной стороны, он требовал для себя всего самого лучшего. С другой, ему было плевать, соответствует ли это заведение уровню остальных казино в Атлантик-Сити. Но я не собирался быть тем, кто скажет ему, что он мог бы заколачивать куда больше, если бы просто нормально покрасил стены и поменял ковролин.

Женщина замерла как вкопанная, окинула меня взглядом с ног до головы и рассмеялась.

Я покосился на Джереми, тот смотрел на меня с такой же смесью недоумения и раздражения.

— У босса новая подстилка? — спросил Эл, выныривая у нас за спиной.

У Джона Валентайна определенно был свой пунктик насчет женщин, которыми он скрашивал досуг втайне от жены, с которой прожил сорок лет.

Крашеная блондинка. Фигура, как извилистая дорога в Западной Вирджинии. Лицо, полностью сделанное в кабинете косметолога. И абсолютный пофигизм ко всему, чем он занимался с полуночи до пяти утра, лишь бы ей исправно капало содержание.

К сожалению, сегодня у меня не было ни малейшего желания возиться с его очередной пассией на месяц.

Я почти не спал после того, как сбрасывал еще полуживое тело в тайник на окраине Пенсильвании, в глуши у амишей, чтобы этот ублюдок стал чьей-то еще проблемой.

Неужели я прошу слишком многого, надеясь на одну спокойную ночь? Всего одну гребаную ночь, когда мне не придется тащиться через весь штат, вычищать кровь из-под ногтей и глохнуть от чьих-то криков?

Беруши, которые я всегда держал при себе, ни черта не помогли.

Я сдавил переносицу пальцами.

— Мэм, вам сюда пока нельзя. Казино сегодня открывается в семь.

Она снова смерила меня взглядом.

— Дерьмовое, должно быть, казино, раз открывается только в семь.

— Так и есть, — буркнул я.

Ее губы тронула усмешка. Это была единственная часть ее лица, которая хоть как-то двигалась.

— Что ж. Позвольте мне это исправить, — она протянула руку. — Джоли. Я новый крупье.

Я даже не шевельнулся, оставив руки по швам, но ее это, похоже, особо не задело.

Джоли приподняла раскрытую ладонь, словно сдаваясь.

— Понимаю. Мужской клуб. Я в таких часто работала, — ее ресницы были такими же фальшивыми, как и манеры. Она захлопала ими. — Дайте угадаю... Охрана?

— Вроде того.

В ее глазах заплясали искры веселья.

— Ну что ж. Не буду мешать вам... — она огляделась. — Охранять пустой зал.

Я посмотрел на Джереми и кивнул, молча приказывая увести Джоли в подсобку, где все отмечались перед сменой и где тянулся ряд обшарпанных шкафчиков для вещей.

Я своим шкафчиком не пользовался с первого дня, предпочитая приходить и уходить налегке — только с ключами от машины и телефоном.

— Крупье, значит? — протянул Эл, провожая Джоли взглядом, пока она виляла бедрами через весь зал.

Точнее, он пялился на ее задницу, прежде чем повернуться ко мне.

Я зыркнул на него.

— Чего ты на меня вылупился? Я что, похож на отдел кадров?

Эл отшатнулся.

— Ну и злой же ты сегодня. Тебе потрахаться надо.

Мне нужно было гораздо больше, чем просто трахнуться, но, честно говоря, для начала сошло бы и это. Моя постель пустовала уже лет пять. Первые несколько лет воздержание меня не парило. Мне не хотелось выслушивать вопросы о том, где я пропадаю ночами и почему почти не сплю, когда бываю дома.

Мне нужен был отпуск. И потрахаться тоже не помешало бы. А лучше все вместе.

Одно было маловероятным, другое — несбыточной мечтой. А уж все сразу — вообще за гранью фантастики.

Но те редкие минуты, что я провел на пляже рядом с Амелией, казались настоящим отпуском. Если честно, разговоры с ней были лучше секса.

Рядом с ней я словно мог дышать.

Но Амелия была единственным человеком, которого я меньше всего хотел бы видеть здесь сегодня.

К счастью, привычная рутина — проверка охраны, пересчет денег и сверка списков нежелательных гостей — помогла отвлечься.

Это место не было работой моей мечты, даже близко. Откровенно говоря, я сам удивлялся, как до сих пор здесь держусь. Хотя, с другой стороны, когда продаешь душу дьяволу, контракт подписывается без срока годности.

Эл зевнул, когда мы направились обратно в комнату охраны, чтобы начать смену. Он вставал на двери, а я садился за мониторы.

— Чего сонный такой? — спросил я. — Ты же вчера не работал.

Он прикрыл рот рукой, подавляя очередной зевок. Если он не завяжет, я и сам начну звать носом рыбу.

— Босс отправлял по делу, вверх по побережью.