— И после этого ты переживаешь за меня?

— Ашер. — Я понизила голос так, чтобы слышал только он. — Всё плохо. Они придумали способ ускорить процесс обращения, превращая человека в вампира всего за одну ночь. — Увидев выражение его лица, я продолжила: — Не говори мне, что это невозможно — я видела это своими собственными глазами.

Его лицо помрачнело.

— Это меняет дело.

— Знаю. — Как бы отчаянно мне ни хотелось, чтобы он спас меня прямо сейчас, в эту самую секунду, эксперимент Наташи перевешивал всё остальное. — Я должна вернуться и выяснить, как именно она это делает, чтобы мы могли это остановить.

— Не делай глупостей, — предупредил он тихим голосом.

— Я буду настолько осторожна, насколько смогу, — сказала я, делая шаг назад, хотя мне хотелось обнять его и никогда не отпускать.

— Уж постарайся. Мы идем за тобой.

— Я знаю, — я прикусила губы, чтобы не сказать больше ни слова, а затем быстро отвернулась и досчитала до десяти. Когда я после этого оглянулась назад, его уже не было. Единственным доказательством того, что он вообще здесь находился, была зажигалка в моей руке. Я засунула её в ложбинку, которую создавал мне бюстгальтер от Эстреллы, и снова подхватила барные стаканы.

ГЛАВА 17

Какая-то девушка блевала в кусты прямо перед входом в Ад, и я остановилась, чтобы помочь ей дойти до туалета — это послужило мне идеальным оправданием того, почему сбор стаканов занял так много времени.

К тому времени, как я наконец добралась до бара в Аду, чтобы вернуть стаканы, Эстрелла уже заметила мое отсутствие.

— Где тебя носило? — спросила она, принюхиваясь к воздуху, прежде чем отступить на шаг.

— Кого-то вырвало. Мне пришлось убирать. — Было трудно сдержать улыбку, глядя на её недовольство. Твой папа идет за нами, малыш.

Она всё еще хмурилась, но я знала, что она никак не сможет контролировать все три этажа, а уж тем более их туалеты. Да и пахнуть рвотой было лучше, чем жидкостью для зажигалок.

Остаток ночи пролетел незаметно, работы хватало. Я безропотно трудилась до самого закрытия, помогла проверить туалеты на наличие пьяных и выпроводить последних из них за дверь.

— Хорошая работа сегодня, — сказал Джексон, расплатившись с последним диджеем.

— Спасибо, босс, — ответила я с изрядной долей сарказма.

Он фыркнул.

— Иди переоденься, и займемся пылесосом.

Приятно видеть, что отраслевые стандарты по уборке вампирского праха ничуть не изменились за то время, пока я пыталась жить нормальной жизнью.

Я почти не видела Селин за всю ночь, она была слишком занята празднованием своего «дня рождения» наверху. Однако она вернулась в комнату раньше меня, поскольку стоило бару закрыться, как все её обязанности закончились.

Она уже приняла душ, переоделась во что-то с рюшами и сушила волосы феном перед зеркалом. Она почти не обратила на меня внимания, когда я вошла, и я быстро переоделась, в стиле школьной раздевалки, не обнажая кожи. Мне удалось переложить зажигалку из выреза платья в карман ромпера так, чтобы она не заметила этого в отражении своего туалетного столика.

Селин закончила с феном, отложила его и открыла косметичку. Она провела роликовым флаконом с духами по внутренней стороне запястий. Это был настолько едва уловимый аромат, что я едва его почувствовала.

— Зачем ты это делаешь? — Клуб ведь закрыт. Кому теперь какая разница?

Селин посмотрела на меня через зеркало.

— Чтобы не пахнуть как ты.

— Извини. На меня наблевали. А теперь мне нужно идти убирать прах. — Теперь я видела себя в её зеркале, после ночи беготни по клубу я выглядела изможденной и потрепанной.

Она отставила духи и вместо них достала помаду.

— Он никогда тебя не захочет в таком виде. — Она прикоснулась кончиком пальца к красному цвету, а затем похлопала им по собственным губам, придавая им продуманный естественный румянец.

— Что ты имеешь в виду?

— Их интересует не только кровь. Их интересует жизнь — то, что уходит вместе с кровью, когда они её пьют: жизнь, душа, та хрупкая часть тебя, которая хочет оставаться живой. Вот что им нравится, и это то, что могут дать им только люди. — Она размазала остатки цвета с пальцев по щекам, оживляя лицо. — Нам самим порой легко об этом позабыть. Мы пытаемся быть слишком похожими на них, а ведь это совсем не то, чего они хотят.

Я задумчиво прикусила губу.

— Спасибо.

Малыш, я бы сказала, что нам всегда нужно стараться быть неинтересными для вампиров, но боюсь, что уже слишком поздно.

— Постараюсь не шуметь, когда вернусь.

Она отмахнулась от меня, и я направилась к двери.

***