Стоны, наши скользящие друг по другу тела, жадные руки, губы, зубы… Все было жадным! Я тоже была жадной, хотелось почувствовать каждую крепкую мышцу под своими ладонями. Волчок неплохо снабжен в этом плане, но, кажется, я справилась.

Вспоминаю его рычания, и это такой низкий мужской звук, который будто все еще эхом звучит в моей голове и кружит ее. И меня вместе с ней. Зверище просто!

Становится слишком горячо, душно! Прижимаюсь спиной к прохладной стене, мечтательно запрокидываю голову, морщусь от брызг воды.

Я бы повторила. Но увы и ах. В этом плане обломинго, Красивая. Надеюсь, я ему хотя бы пару царапин оставила на память, чтоб не только я мучилась.

Да уж, после такой ночки нужно еще неделю на отлежку. Но недели у меня нет, есть пара часиков максимум, а потом в аэропорт.

Завернув волосы в полотенце гулькой, достаю из сумочки телефон и голышом шлепаю к кровати, но взгляд цепляется за купюры между тарелок.

Я практически прохожу мимо, но вдруг торможу и поворачиваюсь к столу. Ну и че это такое, Волчок?

У меня налички нет, точно не мои. Значит, его? Это для меня или за ужин? А может, все вместе?

Наклоняюсь, пальцем сдвигая купюры. Не многовато ли для ужина? Или это за хороший вечер? Отдергиваю руку, потираю пальцы, будто обожглась о последнюю мысль.

Если за ужин, можно оценить, а если за «услугу», можно и кастрировать. Но, к сожалению, мне теперь правды не сыскать. Остается гадать. И почему-то хочется его оправдать в своей же голове. Успокаиваю себя тем, что не на кровати оставил.

Телефон вибрирует в руке, отвлекая, и я переключаюсь. Встрепенувшись, смотрю на экран: Олька.

Не успеваю поднести телефон к уху, как меня оглушает:

— Красивая! Чтоб тебя черти… Ты жива!

Морщусь:

— Тише ты…

— Рассказывай!

Со стоном делаю два шага и заваливаюсь спиной на кровать.

— Чего тебе рассказывать? — Прижимаю ладонь ко лбу.

— Ты трахалась с ним?!

Закатываю глаза.

— Ты ведь не отстанешь?

— Мать честная! — верещит подруга на другом конце провода. — Ты переспала с незнакомцем?!

Нет не переспала, я позволила незнакомцу вытрахать мне душу, это будет ближе к правде, но подруге я говорю другое:

— Ты думаешь, это самое плохое?

— О-о-о… нет, нет, нет! Не говори мне, что ты не предохранялась!

Вообще-то я действительно была готова на эту, скажем так, авантюру без защиты, но я плохо вчера соображала, и подруге об этом знать необязательно.

— За кого ты меня принимаешь? — Закатываю глаза, презирая себя. — Я в конце концов медик!

— Что тогда?! У него маленький член?

Я даже прыскаю со смеху.

О-о-о, нет, подруга, на этом фронте у него абсолютно точно все в порядке. Его боевая головка буквально разорвала мою вагину, и сегодня она плачет. Но мне все равно кайфово, пока я снова не бросаю взгляд на деньги.

— Он ушел утром, не попрощавшись.

Олька фыркает.

— Тоже мне проблема. Как говорится, долгие проводы — долгие слезы.

Я хочу поправить подругу, что правильно будет «долгие проводы — лишние слезы», но это бесполезно. Она вечно каверкает поговорки.

— Красивая, не будь наивной. В конце концов вам же не детей крестить! В сложившейся ситуации это абсолютно нормально. Потрахались, разбежались. В этом есть свой кайфик…

— ОН УШЕЛ И ОСТАВИЛ МНЕ ДЕНЬГИ! — перебиваю Олю.

Повисает короткая пауза.

— Это плохо?

— Кулагина! — взвиваюсь я. — Я что, похожа на проститутку?!

— Честно?

— Нет! — огрызаюсь, стискивая телефон в руке.

— Ну ты смахивала на нее вчера.

— Все, пока.

Олька кричит что-то в трубку, но я сбрасываю.

Не потому что обиделась, обижаться-то и не на что, по сути все так и есть. Сама подошла, сама пригласила.

Возможно, со стороны это выглядело не очень, да и какая разница. Я не буду ни о чем жалеть. Мне было хорошо? Очень! Все! Какие вопросы? За ужин сама заплачу. А деньги его… деньги отдам в фонд защиты животных. Возможно, даже найду фонд защиты козлов, как говорится, чтоб было от наших вашим.

Разочарованно вздыхаю.

Мда.

Вот так секси Волк на утро оказался обыкновенным козлом. Хотя нет. Не обыкновенным. Благородным!

___

Еще одна горячая новинка нашего литмоба от Иры Орловой:

Бывшая офицера Кравцова

– Чей это пацан?! – орёт не своим от злости голосом мужчина, сжимая в огромном кулаке футболку моего сына.

«Твой», — хочется выплюнуть ему в лицо.

Но я молчу.

Потому что мужик в бешенстве — мой бывший, Илья Кравцов.

Тот самый, кто много лет назад сказал по телефону, что полюбил другую и бросил меня беременную.

А теперь жизнь свела нас снова.

Что с лицом, милый? Не ожидал, что буду лучше и краше с годами?

Так что теперь не ходи за мной. Не смотри волком.

И не пытайся вернуть то, что сам уничтожил.

Я не простила.

И не собираюсь.