Подносит ягоду к моим губам и проводит по ним, прося меня разомкнуть их:

— Раз ты сам не ешь, я тебя покормлю.

___

Девочки, еще одну главушку покайфуем и ребятки расстанутся)

Ну а я приглашаю вас в еще одну свою новинку, эмоции будут на разрыв, первая любовь, запретная, горячие сердца и невероятно пылкий бой!

Очень прошу вас поддержать историю лайком/ звездочкой, даже если не планируете читать, просто подбодрите автора ❤️очень приглашаю:

Аноним: «Хочу твое фото»

Новое сообщение я читаю с тахикардией. Потому что тоже хочу увидеть его фото, но он даже имени своего не говорит.

Я: «Мы можем обменяться взаимно?»

Аноним: «Нет. Только твое фото»

Я хмурюсь, закусывая нижнюю губу до боли, и печатаю быстрое:

«Почему? Ты страшный?»

И он снова пропадает, а я жду. Не знаю, почему каждый раз первая пишу своему анониму, но знаю, что мне достаточно получить одно его сообщение, чтобы сердце забилось в груди как ненормальное.

Эта странная переписка сводит меня с ума. И я даже не подозреваю, куда она приведет, но, когда понимаю, оказывается уже слишком поздно. Потому что я влюбилась в неправильного парня, которого никогда не одобрит отец, ведь он уже запланировал мою свадьбу с сыном своего партнера.

Читать продолжение:

12. Сон

Губы растягиваются в улыбке, когда Лиса надавливает ягодой сильнее. Уворачиваюсь и откусываю, а она вздрагивает от неожиданности, но когда слизываю сок с ее пальцев, улыбается, расслабляясь на моих коленях.

Она берет еще одну ягоду, скармливает мне с рук. Сахарная, сочная, сладкая. И я не уверен, что речь о клубнике…

Лиса снова берет ягоду, но откусывает сама, соблазняя меня открытым блестящим взглядом. Игриво царапает нижнюю губу зубами, и я слежу за каждым движением. Вряд ли у нас есть время на игры, но к черту все…

Слежу, как она ведет клубникой к подбородку, оставляя влажную дорожку, спускается ниже по шее и дышит так, будто ей не хватает кислорода. Соскальзывает на ключицу, пачкает халат, когда заходит на полушарие груди.

Грудь красивая тоже, и я позволяю себе наглость отодвинуть полы халата, чтобы открыть себе вид на большие кремовые ареолы маленьких сосков. Очень натуральная… Мягкая. Женственная. И мне нравится, что Лиса позволяет мне трогать ее взглядом, не пытается прикрыться или набить себе цену. Простая и опьяненная происходящим не меньше меня.

Глубокий вдох, меня затапливает горячим ощущением, на выдохе огонь усиливается. И разрастается еще сильнее, когда она обводит ареолу надкушенной клубникой.

Я вижу, как твердеет чувствительная плоть. Это максимум, на что хватает моей выдержки, прежде чем я срываюсь и с низким рычанием впиваюсь ртом в грудь…

Стон Лисы разлетается эхом, но мне мало. Втянув носом воздух, жадно поглощаю всю ареолу, отпускаю, и тяжелая грудь колышется, облизываю ее, впечатывая ладонь в поясницу, заставляя прогнуться.

Лиса то ли хнычет, то ли мурлычет, ерзая на моих бедрах. Задевает изнывающий стояк, и у меня вспышки из глаз.

Прикусываю ее слегка за грудь сбоку, и она дергается, впиваясь пальцами в кожу головы, отчего у меня кипяток по венам.

Зараза царапает сильнее, когда я следую языком по влажному сахарному следу выше, на ключицу, по шее, облизываю подбородок и втрамбовываю язык в ее сладкий рот. Меня распирает от нее, слишком много ощущений и эмоций. И я пью их с ее губ, с ее кожи, рук…

— Подожди, — хриплю не своим голосом, хочу прерваться, чтобы достать презерватив, но зараза не отпускает.

Она мурлычет мне в рот, прижимается ко мне грудью, и я чувствую ее твердые соски. Ч-ч-черт… Нереально просто хорошо. И я уже не целую ее, а дурею, трахая языком рот, сгребая пальцами одной руки задницу, вторую запускаю в дикую копну кудряшек.

И это чистый секс.

Хочется запретить ей их трогать, выпрямлять и скрывать, но мой язык занят, и я не несу эту чушь, только поцелуй становится грубее, в паху сводит и член болезненно трется о полотенце. Оно грубое на фоне ее нежной кожи. Хочу в нее…

— Тебе нужно слезть, Красивая, — шепчу ей в губы.

Ловлю ее дрожащее дыхание:

— Зачем?

— Презерватив.

Она утыкается лбом в мой, дыхание сбивчивое у обоих, нехотя слезает, немного заторможенная после поцелуев. Я же подлетаю как на реактивном двигателе, хватаю брюки, дрожащими пальцами вынимаю последний пакетик. Пахомов накидывал больше, но я и эти-то сомневался, что использую.

Срываю полотенце и как в бреду раскатываю латекс по каменной длине.

Лиса смотрит, рот приоткрыт, чувственная грудь вздымается от частых вздохов. Красивая, пиздец… В два шага достигаю ее и, подхватив на руки, заваливаюсь обратно в кресло.

Хочу, чтобы была сверху. И, усадив себе на колени, собираю ее волосы в два хвоста и тяну к себе, снова целую, смешивая наши судорожные вздохи.

Член скользит между нашими телами, она прижимает его к моему животу и двигается вверх-вниз, царапая ногтями по затылку.